Накануне в Советском районном суде прошло очередное заседание по делу о мене Центрального стадиона. Напомним, экс-руководителя комитета имущественных и земельных отношений администрации Тулы Татьяну Силаеву обвиняют в превышении должностных полномочий. Сделка мены была совершена в конце 2014 года. В собственность города перешла часть территории стадиона, а также объект на улице Железнодорожной. В руки частника же отдали территорию депо на улице Оборонной. Сторона обвинения считает, что в результате сделки депо выбыло из управления МКП «Тулгорэлектротранс», и предприятию пришлось арендовать площади, а именно то же самое депо. Сумма аренды и вылилась в сумму ущерба – 61 307 364 рубля. 
 
Заседание началось с небольшого выступления адвоката Сергея Баркунова, который обратил внимание на ошибку в обвинительном заключении. Защитник пояснил, что следствие ссылается на нарушение Силаевой отдельных пунктов Положения о порядке владения и использования муниципальным имуществом. Защитник же таких пунктов в Положении не нашел.
 
- Думаю: «Как же так? Может, я не тот текст смотрю?». Да нет, оказалось тот, в редакции, действующей на период совершения вменяемых Силаевой действий. То есть, в редакции от 29.05.2014 года, которое действовало с 01.07.2014 по 24.03.2015 года. Думаю: «Откуда же следователь взяла эти пункты?» А она, оказывается, взяла из того же самого решения, но только в редакции, которая действовала на момент предварительного следствия от 27.05.2020 года. Вот такое разночтение. Как можно нарушить те пункты решения Тульской городской Думы, которые будут приняты через 6 лет? У меня вопрос. Оценку давать не будем, но при дальнейшем рассмотрении дела на это внимание будет обращено, - заявил Баркунов.
 
 
Допросили на заседании 3 свидетелей. Сотрудника правового отдела «Тулгорэлектротранса» Евгению Аркуш, бизнесмена и бывшего сотрудника администрации Сергея Китанина, а также его супругу Ирину Злобину, которая на момент сделки являлась сотрудником «Тулгорэлектротранса» и одной из сторон сделки мены. Именно она стала собственником территории депо.
 
Допрос свидетеля Аркуш был недолог. Вдаваться в подробности не будем и сразу перейдем к Сергею Китанину. Он рассказал о начале всей этой истории.
 
Прокурор: Вы были задействованы как-то [в сделке по приобретению стадиона и дальнейшей мене]?
 
Китанин: Мне мой компаньон, бизнес-партнер Гусев предложил покупку стадиона для дальнейшей реализации и передачи [неразборчиво]. В итоге получилось, что купили стадион, зарегистрировали.
 
Прокурор: Вы конкретно?
 
Китанин: Нет, моя жена. Мы ей дали со своей организации займ и она купила данный стадион. 
 
Прокурор: В дальнейшем?
 
Китанин: В дальнейшем у моей жены в собственности находилась база по адресу Железнодорожная, 47А. Было предложено компаньоном все это поменять на Оборонную, 102. 
 
Прокурор: Вам известно, что там находилось?
 
Китанин: Да, трамвайное депо.
 
Прокурор: Действующее?
 
Китанин: Недействующее. Там автобусный парк [неразборчиво]
 
[неразборчиво] 
 
Прокурор: Железнодорожная что из себя представляла?
 
Судья: Чуть погромче.  
 
Китанин: Пять с половиной гектаров земли.
 
Прокурор: Какие-то коммуникации там были?
 
Китанин: Да, конечно, там были постройки, там была вода, канализация, электричество. 
 
Прокурор: Возможно ли расположение на данном участке автобусного парка?
 
Китанин: На земельном участке, считаю, что да. Потому что этот участок почти в два раза больше, чем участок на Оборонной. 
 
Прокурор: А территория на Оборонной, вам известно в каком состоянии находилась?
 
Китанин: Да, в удовлетворительном. Потому что мы, когда ломали там здания, они и так уже были сломаны почти наполовину. Все эти здания снесли. Потому что они были в удовлетворительном…
 
Адвокат Сергей Баркунов: Неудовлетворительном? 
 
Китанин: Неудовлетворительном, извините, пожалуйста. 
 
 
Напомним, что изначально депо сдавалось в аренду «Тулгорэлектротрансу» примерно за 100 тысяч рублей в месяц. Китанин на суде назвал сумму несерьезной, пояснив, что больше пришлось отдавать за один налог на имущество. В дальнейшем  была проведена оценка и сумма аренды выросла. 
 
 - Мы предложили предприятию снимать [на новых условиях], но опять же, на короткий срок по причине того, что нам нужна была данная территория. Предприятие тянуло время и не съезжало оттуда. Оно до сих пор оттуда не съехало. До сих пор там тяговая подстанция находится без договора аренды, без всего, - рассказал Китанин. 
 
Свидетель пояснил, что предприятие просили неоднократно освободить территорию.
 
Прокурор: Как руководитель предприятия обосновывал причину того, что он не освобождает территорию [депо]?
 
Китанин: Я уже не помню. Наверное, некуда было съезжать. Я не могу точно сказать. Но, скорее всего, некуда было съезжать. 
 
 
Адвокат Инна Алябьева: С чего вдруг вашему партнеру Гусеву пришла в голову идея (или не ему) приобрести…
 
Китанин: Не могу сказать, у него спросите.
 
Адвокат Алябьева: Приходит ваш партнер и говорит: «Давай купим стадион и подарим его городу»…
 
Китанин: Никто его не дарил.
 
Адвокат Алябьева: Хорошо, не подарим, а путем такой сложно комбинации отдадим его городу. Вы у него не спросили: «А с чего вдруг?»
 
Китанин: Городу, наверное, нужен был стадион для того, чтобы играть всем в футбол и смотреть спортивные мероприятия. А для чего ему это в голову пришло? Ему, наверное, кто-то подсказал эту идею. 
 
Адвокат Алябьева: Кто?
 
Китанин: Вы у него спросите. Он мне предложил, я не отказал. 
 
 
Адвокат Алябьева: А почему именно на Оборонную нужно было поменять стадион?
 
Китанин: Я не могу сказать. Мне предложение уже конкретное поступило, что будет Оборонная и нам нужно было купить стадион и отдать ту базу, которая была зарегистрирована на моей жене.
 
Адвокат Алябьева: То есть, план мероприятий и выбранные объекты были вам озвучены Гусевым?
 
Китанин: Да.
 
Адвокат Алябьева: И вы с этим полностью согласились?
 
Китанин: Нууууу, согласился, если это произошло.
 
Адвокат Баркунов: При приобретении вами стадиона, 140 миллионов – сумма внушительная, риска того, что этой мены не будет, не существовало? Или существовал такой риск?
 
Китанин: Ну, оставили бы себе стадион. 
 
Защита Силаевой заявила ходатайство частично огласить показания Китанина на предварительном следствии ввиду некоторых противоречий. Речь шла о том, откуда именно Китанин узнал о готовящейся сделке мены. 
 
Прокурор: Гусеву-то откуда поступила информация?
 
Судья – адвокату Баркунову: В этой части [противоречия]?
 
Адвокат Баркунов: Да, конечно.
 
Адвокат Алябьева: На следствии вы были более осведомлены откуда Гусев принес эту идею вам.
 
Китанин: Ну, там написано, да…
 
Адвокат Алябьева: Там-то написано, но…
 
Китанин: Мне просто фамилию назвать? Да, это было от Груздева, как он мне сказал. 
 
Адвокат Алябьева: А сейчас-то в чем проблема?
 
Китанин: Ни в чем.
 
Адвокат Алябьева: Вы говорите спросить у Гусева…
 
Китанин: Ну, он придет и более подробно расскажет!
 
Судья: Вас же допрашивают.
 
Китанин: Да, хорошо…
 
Адвокат Алябьева: Вы за него не отвечайте. Вы сейчас скажите. Вам этот вопрос задали и так, и так, и наперекосяк.
 
Китанин: Я ответил. 
 
Адвокат Алябьева: Груздев! Так все-таки вы подтверждаете, что именно на Груздева сослался ваш партнер деловой?
 
Китанин: Да, конечно. По крайней мере, он мне об этом так сказал. 
 
Показания Китанина на стадии предварительного следствия все-таки были озвучены. 
 
 - В 2014 году, точной даты я не помню, от моего  делового партнера Гусева И.Н. мне стало известно, что ему от губернатора Тульской области Груздева В.С. поступила просьба о приобретении имущества стадиона «Арсенал» и последующей безвозмездной передаче городу. Гусев И.Н. на данное предложение согласился. [неразборчиво] Речь шла о сумме в 5 миллионов долларов – примерно 140 миллионов рублей. В дальнейшем от Гусева мне также стало известно, что просьба Груздева о приобретении и передаче стадиона вновь была озвучена, но на этот раз речь шла не о безвозмездной передаче, а о мене [неразборчиво]. На какое имущество, мне еще не было известно. Через какое-то время мне от Гусева стало известно, что к мене предлагается имущество на Оборонной, 102. 
 
Показания Китанин подтвердил. 
 
Следующей в зал зашла его супруга Ирина Злобина. Допрос свидетеля обещал быть долгим. Так оно и вышло, хотя показания можно было (слегка преувеличивая, конечно) уместить в три слова – «Я не помню». 
 
Отметим еще раз, что Злобина на момент сделки являлась заместителем директора «Тулгорэлектротранса» по правовым вопросам. В ее собственность после сделки перешло депо.
 
Прокурор: Давайте подробнее. Откуда вам стало известно, что данная сделка должна была состояться? Кто говорил про данную сделку?
 
Злобина: Про данную сделку мне сказал муж.
 
Прокурор: Когда?
 
Злобина: [пауза] в 14-ом году.
 
Прокурор: Так, и что он вам сообщил?
 
Злобина: Сообщил, что есть такое предложение совершить сделку по приобретению имущества.
 
Прокурор: От кого предложение поступило, вам известно?
 
Злобина: Нет.
 
Прокурор: А муж вам не говорил?
 
Злобина: Нет, не говорил.
 
Прокурор: Так, и что это за сделка?
 
Злобина: По приобретению имущества на стадионе «Арсенал». 
 
Прокурор: Так…
 
Злобина: Далее… Что далее? Я заключила договор купли-продажи, [неразборчиво]
принадлежали данные объекты, зарегистрировала их и заключила договор мены. Супруг меня поставил в известность, что это делается не просто так, а, возможно, в дальнейшем будет заключен договор мены на какое-то имущество, принадлежащее городу. 
 
 
На какое имущество? На тот момент, пояснила Злобина, она этой информацией не обладала. 
 
Адвокат Баркунов: Вы реально осознавали то, что, получив имущество депо в собственность, вы в любой момент как собственник имеете право распорядиться им по своему усмотрению? Сломать, подарить, перепродать, снести, застроить, выселить автобусный парк. Вы это понимали?
 
Злобина: У нас была договоренность, что у нас будет договоренность… Договор краткосрочной аренды.
 
Адвокат Алябьева: А что потом делать предприятию, когда краткосрочный договор аренды закончится? 
 
Злобина: Переезжать на другую базу, на которую они собирались.
 
Адвокат Алябьева: А на какую базу они собирались переезжать?
 
Злобина: Я предоставила в собственность муниципалитета земельный участок 5,5 гектаров путем договора пожертвования, который был заключен одновременно с договором мены.
 
Адвокат Алябьева: Вы имеете ввиду территорию на Железнодорожной?
 
Злобина: Да.
 
Адвокат Алябьева: А они собирались туда переезжать?
 
Злобина: Я не знаю. Мы заключали договор.  Я передала объекты недвижимости.
 
Адвокат Баркунов: Подождите минуточку. Вы с одной стороны лицо, передающее имущество. Вы с другой стороны должностное лицо, отвечающее за правовое обеспечение деятельности муниципального казенного предприятия. Посмотрите на эту ситуацию с двух точек зрения. 
 
Злобина: Я не технический специалист.
 
Адвокат Баркунов: Вы с кем-то из технического персонала согласовывали этот вопрос [переезд на Железнодорожную] до заключения договора мены и сдачи имущества в аренду? Не в один же день родилось. Вы пришли, Симакович [на тот момент являлся директором МКП] заступил на должность и сказали: «Будем меняться!» Он сказал: «Будем».
 
Злобина: Наверное, так и произошло.
 
Адвокат Баркунов: Так и произошло! 
 
Адвокат Алябьева: А кто готовил сам договор мены? Кто напечатал его на
бумажке?
 
Злобина: Ко мне поступил готовый договор.
 
Адвокат Алябьева: От кого? 
 
Злобина: Почтой.
 
Адвокат Алябьева: Какой почтой?
 
Злобина: У меня на предприятии была папка с почтой, там лежал договор со всеми
остальными документами.
 
Адвокат Баркунов: Договор между МКП и гражданкой Злобиной. Кто его составил?
 
Злобина: Не знаю.
 
Адвокат Алябьева: А папка электронная? Бумажная?
 
Злобина: Бумажная.
 
Адвокат Алябьева: И как он там материализовался?
 
Злобина: Откуда я знаю как там появляется почта?
 
Адвокат Алябьева: Удивительное дело: никто не составлял, но договор есть.
 
Судья: А кому вы договор передали?
 
Злобина: Обратно в папку положила и он дальше ушел на предприятие.
 
Адвокат Баркунов: Хорошо, давайте вернемся в сентябрь 2014 года. Что вам известно о заключении МКП «Тулгорэлектротранс» договора оценки имущества депо? Зачем он был заключен? На основании чего? Кем? Почему?
 
Злобина: Зачем был заключен данный договор я не знала. То, что такой договор был, это факт.
 
Адвокат Баркунов: Как так получилось, что договор на оценку был заключен раньше указания со стороны зампредседателя комитета Миненко о проведении такой оценки?
 
Злобина: Я не помню этого документа. 
 
Защита предъявила Злобиной ряд документов. Свидетель подтвердила, что письмо
об оценке в КИЗО отправляла именно она. 
 
Адвокат Баркунов: Ирина Сергеевна, а понятие «конфликт интересов» вам знакомо? Вы не усматриваете конфликт интересов в том плане, что вы как должностное лицо предприятия обязаны обеспечивать его правовую безопасность, скажем, так, подготовили Мельникову письмо на имя Силаевой, согласно которому он просил разрешить мену имущества депо, зная о том, что отчуждается имущество необходимое для его [предприятия] производственной деятельности?
 
Злобина: А с чего вы взяли, что я готовила письмо от имени Мельникова?
 
Адвокат Баркунов: А с того, что господин Симакович два месяца назад на вашем месте сказал, что «Я пришел на работу, ко мне через два дня подошла Ирина Сергеевна Злобина и сказала подписать письмо подготовленное».
 
Злобина: Симакович сказал. А я говорю, что я не заставляла и не просила. 
 
Адвокат Баркунов: Вы не готовили письмо на имя Силаевой?
 
Злобина: Я не готовила. Нет.  
 
Адвокат Алябьева: А вы говорили Симаковичу о том, что вопрос мены решен и от
него ничего не зависит? Ему нужно формально поставить свою подпись.
 
Злобина: Я вообще не помню такого разговора. 
 
 
Адвокат Баркунов: Вы только что сказали, что отчеты об оценке стадиона и Железнодорожной делали вы. А как они попали в МКП?
 
Злобина: Я не помню.
 
Адвокат Баркунов: Вы видите письмо… Вы направляли в МКП официально отчеты эти?
 
Злобина: Я не помню.
 
Адвокат Баркунов: Как не помните?
 
Злобина: Вот так, не помню. Седьмой год уже идет.
 
Адвокат Баркунов: Вы в каждом году по 34 стадиона меняете на депо? Как можно не помнить?
 
 
Адвокат Баркунов: А можете вспомнить как 30 декабря 2014 года вы заключили договор аренды, еще не будучи собственником имущества на Оборонной, 102? Регистрация прошла у вас 25 января.
 
Злобина: [неразборчиво] Это техническая ошибка.
 
Адвокат Баркунов: То есть, получается, что в период с 30 декабря 2014 года по 25 января сумма арендной платы была выплачена вам МКП ошибочно?
 
Злобина: Я не в курсе. Я не понимаю, как так произошло. Дело в том, что с момента подписания договора и актов приема-передачи фактически арендатор пользовался имуществом. 
 
Не помнит также Злобина и то, как происходила оценка рыночной стоимости депо в 2017 году. Тогда, когда резко выросла стоимость аренды. По словам Баркунова, в отчетах нет технического паспорта объекта и акта осмотра, а фотографии взяты из сервиса «Яндекс.Карты».
 
Адвокат Баркунов: Как вы можете это объяснить?
 
Злобина: Никак. Я не специалист. Я заказчик. 
 
 
Адвокат Баркунов: Кто предложил все 16 объектов депо взять в аренду? Вы предложили, сказав: «Берете все 16 или я вам ничего не сдам». Или в МКП сказали: «Ирина Сергеевна, дайте нам, пожалуйста, 16, мы без них не можем существовать»?
 
Злобина: Я такого не говорила. И я не помню, как это произошло. 
 
Адвокат Алябьева: У вас вообще много имущества, которое вы сдаете в аренду?
 
Злобина: Нет.
 
Адвокат Алябьева: Объект на Обороной, он был единственным? 
 
Злобина: Это вообще к делу не относится, ваша честь…
 
Судья: Отвечайте.
 
Злобина: Единственным или не единственным?
 
Адвокат Алябьева: Который вы сдавали в аренду.
 
Злобина: [пауза] Да.
 
Адвокат Алябьева: Тогда позвольте с вами не согласиться, что по всем ключевым моментам, несмотря на то, что прошло довольно-таки много, как вы говорите, времени, вы не помните ответы на эти вопросы.
 
Злобина: Я на многие ваши вопросы не помню ответы.
 
Адвокат Алябьева: Я бы согласилась, если бы вы не помнили, за сколько вы покупали сапоги или туфли, но когда речь идет о стадиона и депо, позвольте с вами не согласиться.
 
Баркунов зачитал Злобиной ее должностную инструкцию как заместителя руководителя МКП по правовым вопросам.
 
Адвокат Баркунов: С точки зрения начала всей этой эпопеи по отчуждению путем мены и сдачи в аренду в вашу бытность замом директора, как это корреспондируется с обязанностью защищать интересы предприятия?
 
Злобина: Фактически мои функции сводились к руководству юридическим отделом. Никакого отношения к принятию стратегических решений от имени директора, я не имела. Я не технический специалист. Это предприятие техническое. Там есть директор, замы, главные инженеры, которые такой информацией располагают, знаниями, образованием.
 
Адвокат Баркунов: Вот тут допросили всех руководителей – действующих, бывших, которые в один голос говорят: «С нами до заключения договора мены никто вопрос о ее возможности, целесообразности не обсуждал». Одному товарищу задаю вопрос: «Это что, втихаря произошло?». Говорит: «Да». Каким образом удалось скрыть от специалистов сам факт предстоящей мены? 
 
Злобина: Я не в курсе. 
 
 
Адвокат Баркунов: Вы правовое заключение по целесообразноности возможности сделки давали? Ваша обязанность прямая. Пункт 3.6.
 
Злобина: Я не помню.
 
Адвокат Баркунов: Опять не помните!
 
Злобина: Не помню.
 
Адвокат Баркунов: А вы вообще что помните? Что вы вообще делали на предприятии? Чем вы занимались?
 
Злобина: Это было 7 лет назад.
 
 
Адвокат Баркунов: Как вы не помните, давали ли заключение о возможности мены?
 
Злобина: Не помню.
 
Адвокат Баркунов: А кто это может помнить, кроме вас? Ваш подчиненный сказал, что он не разрабатывал договор аренды. Только что была Аркуш: «Мы не разрабатывали договор мены, не разрабатывали договор аренды». Есть в деле письма от администрации города и комитета, что они не осуществляют правовое сопровождение деятельности подведомственного предприятия. Вопрос. Юристы не разрабатывали, директор не разрабатывал, Силаева не разрабатывала. Кто разрабатывал проект сделки? Она в папке появилась из воздуха. Вообще смешно.
 
Злобина: Вы посмейтесь, если вам смешно, но я не разрабатывала никакие проекты договора, что касается договора мены.
 
 
Адвокат Баркунов: Ирина Сергеевна, а вы хоть помните, что вы 20 миллионов в месяц от «Современника» получали арендной платы за земельный участок? Или тоже не помните?
 
Злобина: Ваша честь, я считаю, что такой вопрос, такое утверждение вообще не относятся к делу. 
 
Адвокат Баркунов: Не проблема. Сейчас огласим договор аренды. Он в деле есть. Огласить?
 
Злобина: Как это относится к делу?
 
Адвокат Баркунов: Он в материалах дела. Договор аренды между Злобиной Ириной Сергеевной и ООО «Современник». 20 миллионов рублей в месяц арендная плата для строительства домов.
 
Злобина: Каким образом это относится к делу?
 
Судья: Суд не снимал данный вопрос. 
 
Злобина: [пауза]
 
Баркунов: Расходы вы большие несли? Вы их компенсировали. 20 миллионов в месяц. О как… 20 миллионов в месяц… И не помните ничего о том, что было предтечей того, чтобы потом из этого извлекать доход. У нас статья 10 закона о противодействии коррупции дает определение конфликта интересов. Это получение имущественной выгоды и иной выгоды в силу своего должностного положения. Вы как замдиректора должны были эту сделку предотвратить и не допустить! А вы мало того, что ее совершили…
 
Речь Баркунова была прервана прокурором и судьей. 
 
Баркунов ходатайствовал о повторном приглашении Симаковича и Злобиной в суд, так как их показания противоречат друг другу. Ходатайство было отклонено. 
 
...
 
Как ранее супруг Злобиной «забыл» фамилию Груздева, так и Злобина не вспомнила об инициаторах «затеи» со сделкой мены. После оглашения показаний, свидетель их подтвердила.
 
 - Да, я давала. Я вспомнила, что так и было. Просто это было полгода назад, я забыла, - сказала Злобина. 
 
***
 
Следующее заседание по делу о мене состоится 17 мая. Ожидается, что в суд прибудут Сергей Гусев и Валерий Шерин. 
Читайте
"Тульские новости" в: