«Первый экспресс», а точнее его крах – это квинтэссенция ситуации в региональном бизнесе. 

Банку 15 лет, по рейтингу АКМ стоял под литерой «А» – высокая надежность. До прошлого четверга ни одного сбоя. Даже когда в банк зашел ОМОН несколько лет назад, это не похоронило его, а, скорее, сделало сильнее.

Во главе банка молодой и грамотный топ-менеджмент. «Первый экспресс» был лицом тульского бизнеса. Руководитель банка Константин Томенчук – региональный лидер крупнейшей организации, объединяющей бизнесменов в стране, «Деловая Россия». То, что бизнес лидера «Деловой России» в течение нескольких дней пошел ко дну, это даже не симптоматично – это трагично. Трагично, прежде всего, для экономики региона. Кроме 10,2 миллиардов активов банка, есть еще более важная составляющая – доверие бизнеса к региону. Оно стремится к нулю! Дело в том, что так устроена психология предпринимателя, что свои деньги, счета своих фирм, накопления своей семьи мы готовы доверять только тем людям, которых лично знаем. Сергея Худякова и Константина Томенчука в бизнес-сообществе знали практически все. Знали и доверяли. 

На днях губернатор принял участие в пресс-конференции, посвященной ситуации, сложившейся в связи с отзывом у банка лицензии. Странное впечатление произвело это на меня. С одной стороны, он так и не ответил на вопрос, сколько денег было у корпорации развития на счетах за неделю до отзыва лицензии, сколько до сих пор остается на счетах в банке. Ответ про то, что «каждый ест свою горбушку», меня на 100% не устраивает, ведь ОАО «Тульская региональная корпорация развития ГЧП» только в этом году из бюджета должна была получить 200 миллионов рублей. 

Вы знаете, это очень странно, когда губернатор на встречах с жителями районов оперирует данными по поселкам весьма непринужденно, а что с деньгами ключевой для области, ну, по крайней мере, по задумке, корпорации, не знает.

История про то, что учредители и руководство банка недобросовестные и то, что, по словам Груздева, они вывели 5 миллиардов рублей из банка, тоже вызывает вопросы. Все федеральные СМИ и Центробанк в релизе написали, что деньги эти не выводились, а на них кредитовался бизнес акционеров. Тут губернатор прямо удивил. Как олигарх вряд ли он не знает, что очень часто банки создаются или покупаются именно для того, чтобы обслуживать бизнес акционеров, да и проблема не в том, что давали кредиты своему бизнесу, вопрос в том, обеспечены ли эти кредиты залогом. А ведь на этот вопрос тоже никто не ответил. 

Сергей Худяков, основной акционер банка, совладелец холдинга «Российский огнеупор», имеет отношение к строительной компании, которая, насколько я знаю, ведет работы в тульском Кремле и строила бассейн Тульского Государственного Университета, входит в состав акционеров комплекса «Малахово»; экс-руководитель банка Константин Томенчук является совладельцем дилерского центра «Мерседес» в Туле. Это то, что на поверхности, а ведь наверняка есть еще земля, недвижимость. Однако информации о залоговой базе –  кот наплакал, и лично у меня, например, есть сомнения, что ее правильно оценят. Ведь не зря же уже все кредиты названы «плохими», а плохие кредиты недорого стоят.

Вообще разговор про то, что ничего страшного не произошло, всего лишь очередной мелкий банк пошел на дно, на мой взгляд, от непонимания ситуации. Во время записи программы «Разговор с Владимиром Груздевым» губернатор сказал, что с финансовым учреждением сотрудничали почти 7 тысяч организаций и около 60 тысяч вкладчиков. Давайте физических лиц не брать во внимание, здесь все ясно. Большинство, у кого вклады до 700 000 рублей, получат возмещение от агентства по страхованию вкладов. Значительной части тех, у кого были вклады в десятки миллионов рублей, удалось или полностью или частично их вывести. Схема была проста.

Заключался договор по уступке долга между юридическим лицом, у которого был кредит в банке, и физическим, у которого был вклад. 

Юридических лиц всего 7000, в отличие от 60 000 физических вкладчиков, поэтому воспринимается эта цифра легче. Давайте посмотрим, что за ней стоит. 

Итак, согласно сайту Федеральной Налоговой Службы по Тульской области, на 6 ноября 2013 года на территории области зарегистрировано 35711. То есть 20%(!!!) тульского бизнеса так или иначе пострадало от краха «Первого экспресса». Ответим на вопрос, почему юридические лица открывали счета именно так? Кроме доверия, о котором писал выше, безусловно, были, прежде всего, прагматические мотивы. Первое, как сказал мне не один клиент, нас там «вылизывали», то есть создавали комфортные условия для работы. Второе: очень часто среднему и малому бизнесу нужны кредитные деньги, однако заложить под кредит нечего, либо почти нечего, более того, федеральные банки не очень-то рады таким клиентам. Что делать? Можно взять кредит под оборотные средства, но для этого нужно иметь счет в банке, то есть нужно, чтобы банк видел ваш оборот. Так как банк, а значит, и менеджмент банка, и служба безопасности, были местными, им легче было оценивать клиента, его залоговую базу. То есть предприниматель, не получая нужных кредитов в крупных федеральных банках, шел в «Первый экспресс».

Более того, в 2012 году «Первый экспресс» стал  банком-партнером Тульского областного фонда поддержки малого предпринимательства по участию в программе «Финансы – бизнесу». И заключил с фондом соглашение о предоставлении кредитов юридическим лицам под поручительство фонда.

 gruzdev_tomenchuk%5B2013-11-13%5D.jpg

Все вышеперечисленное только доказывает, что роль банка в экономике региона, а особенно в сфере малого и среднего бизнеса, была весьма велика.

Владимир Груздев сказал, что шансов у юридических лиц получить деньги, оставшиеся на счетах, практически нет, и это, скорее всего, действительно так. Что это значит? Это значит, в лучшем случае, если этот бизнес был прибыльным и средств на счетах юридической фирмы не скапливалось много, то собственники не получат прибыли, то есть не построят дома, не купят новые автомобили и т.д. В худшем случае бизнес разорится, люди потеряют работу. Более того, для части бизнеса критическим будут даже не сами потерянные на счетах средства, а невозможность прокредитоваться, ведь, как я уже говорил, кредитование малого и среднего бизнеса оставляет у нас желать лучшего.

Я понимаю, что вы ждете, что я расскажу о причинах ситуации с банком, ведь слухов, мнений весьма много. От того, что это спланированная со стороны акционеров и менеджмента банка акция, до того, что именно действия губернатора по выводу средств подконтрольных организаций стали причиной коллапса. На мой взгляд, планомерного банкротства не было, хотя бы по тем действиям, которые совершал менеджмент банка в критические дни. Да и сам факт того, что люди, по словам Владимира Груздева, выведшие 5 миллиардов рублей (более 150 млн. долларов), все еще в Туле и не собираются уезжать, это только подтверждает. Вряд ли обоснована и версия про то, что именно губернатор был инициатором обрушения банка. Другое дело, что губернатор не сумел этого предотвратить. 

Несколько разных источников знакомых с ситуацией в банке в принципе описывают картину обрушения банка одинаково. Банк был рабочим, да, у него были сложности в связи с ужесточением политики Центрального банка, общей непростой ситуацией в экономике, но, тем не менее, в спокойном режиме он мог еще работать. Более того, акционеры банка уже имели опыт по укрупнению (именно после объединения с Нижегородским банком «Верхне-Волжский» банк «Экспресс-Тула» стал «Первым экспрессом») и, по нашей информации, вели переговоры с несколькими банками о подобной же процедуре. На прошлой неделе «Тульский Бизнес-журнал» проводил круглый стол среди тульских банков. Представители не одного из них кулуарно говорили, что за такими клиентами, как у «Первого экспресса», выстроится очередь…

Паника возникла в среду к концу дня, прежде всего среди чиновников белого дома. О причинах паники писать сложно, не нарвавшись на судебный иск, но по сути это не важно. Важно то, что в четверг с утра народ ринулся проверять банкоматы и вытаскивать деньги из банка. Именно тогда нужна была реакция и действия властей, направленные на то, чтобы не допустить панику. Дело не в банке и его акционерах – дело в людях и региональном бизнесе. Вспомните, что спасало правительство во главе с Владимиром Путиным в 2008-ом? Банки. И сейчас спустя пять лет это решение выглядит оправданным, ведь проблемы в банках включают цепную реакцию во всей экономике. Отсутствие паники могло бы отсрочить крах банка, а за это время на банк можно было подыскать покупателя, тем более, что интересующиеся были. И пускай в результате сделки акционеры бы получили бы условный рубль, зато область бы получила спокойствие и доверие бизнеса. Ведь еще в среду, на мой взгляд, было достаточно появиться перед камерами с руководством банка и подписать какое-нибудь соглашение о намерениях…

 

Мы не раз видели, какими ресурсами и влиянием на федеральном уровне обладает Владимир Груздев. Возникает вопрос: почему в этом случае его не было видно? Не захотел? 

 

Не спас!