«Иначе поедешь в СИЗО»: в суде по делу Сартаковых допросили еще трех свидетелей

2 сентября в Ленинском районном суде Тулы продолжилось рассмотрение уголовного дела о незаконном обороте табачной продукции, одними из фигурантов которого является Константин Сартаков и Алексей Хардыбакин.

На этот раз суд допросил еще трех свидетелей. Однако к их показаниям стороны смогли перейти не сразу - почти час участники процесса спорили по вопросу работы переводчика.

В частности, сторона защиты обращала внимание суда на качество перевода и просила дать возможность реагировать в случаях, когда, по мнению участников процесса, сказанное переводится неверно. Однако суд отказал в отводе переводчика.

После продолжительного обсуждения стороны перешли к исследованию доказательств обвинения. В суд явились три свидетеля - Михаил Захаров, Наталья Рыбакова и Петр Мауль.

Первым показания дал Михаил Захаров. Речь шла о нежилом помещении в селе Архангельском, принадлежащем его теще. По словам свидетеля, помещением фактически распоряжался он сам и некоторое время сдавал его в аренду мужчине, который представился Гошей.

Как рассказал Захаров в суде, объявление о сдаче помещения разместили в интернете. После этого с ним связался потенциальный арендатор.

«Приехал человек, договорились, отдал ключи», - рассказал свидетель.

Письменный договор стороны не заключали. В суде Захаров сначала вспоминать, что речь шла примерно о 20 тысячах рублей в месяц. Деньги, по его словам, арендатор приносил регулярно.

Сам свидетель во время аренды заходил в помещение лишь изредка, чтобы снять показания счетчиков.

«Сначала вообще ничего не было, пустовало. Потом зашел — несколько коробок стояло там», - рассказал он.

Что именно находилось внутри коробок, Захаров, по его словам, тогда не выяснял.

Аренда прекратилась после приезда сотрудников правоохранительных органов.

Во время допроса выяснилось, что озвученные воспоминания свидетеля заметно менее подробны, чем показания, которые он давал на предварительном следствии. Поэтому гособвинение огласило часть прежнего протокола.

Оттуда стало известно, что тогда он опознал предполагаемого арендатора на фотографии. В материалах допроса также прозвучала версия о том, что под именем Гоши ему был известен один из фигурантов дела.

В суде Захаров неоднократно повторял, что сейчас не может восстановить в памяти многие обстоятельства.

«Честно, я больной человек. Я не помню, что через месяц… У меня вторая группа инвалидности. У меня давление бешеное», - заявил свидетель.

Сам Захаров пояснил, что следователь задавала ему вопросы, а он на них отвечал, однако восстановить сейчас сам процесс дачи показаний не может.

Следующей суд допросил Наталью Рыбакову, ранее работавшую главным бухгалтером ООО «Стройтехсервис».

Ее показания касались другого помещения - принадлежащего организации объекта, который ранее использовался для производства керамзитобетонных блоков, а затем пустовал.

По словам Рыбаковой, директор общества Сергей Семенов попросил ее подготовить договор аренды. Документ был составлен в конце 2022 года с индивидуальным предпринимателем Кочергиным. Размер арендной платы составлял около 15 тысяч рублей в месяц.

Рыбакова рассказала, что готовила не только договор, но впоследствии составляла счета и акты.

Также свидетель сообщила, что впоследствии организация столкнулась с задолженностью за электроэнергию в арендованном помещении. После обращения к арендатору долг, по ее словам, был погашен.

Что именно происходило в помещении и для какой деятельности оно использовалось, Рыбакова не знала, так как сама она туда не приезжала.

Наиболее продолжительным стал допрос третьего свидетеля - Петра Мауля.

Он рассказал, что знаком с Константином Сартаковым и рядом других фигурантов более десяти лет. С некоторыми из них его связывали дружеские отношения, с другими - рабочие.

Государственное обвинение подробно расспрашивало свидетеля о его отношениях с Константином, Георгием и Владимиром Сартаковыми, а также другими участниками процесса.

Мауль подтвердил, что Константина Сартакова знает давно и считает другом. При этом о незаконном производстве или обороте сигарет, по его словам, ему ничего известно не было.

Он отметил, что об обстоятельствах уголовного дела в основном знает из публикаций СМИ и разговоров.

Во время вопросов защиты Мауль также рассказал об обстоятельствах своего первоначального общения с правоохранительными органами.

По словам свидетеля, его привезли в здание правоохранительного ведомства и удерживали там до утра.

Защита уточнила, что, по словам сотрудников, могло произойти в случае отказа.

- Иначе что?
- Иначе поедешь в СИЗО, как и все остальные, - заявил свидетель.

Мауль также пояснил, что физически покинуть здание до утра не мог.

В ходе допроса защита также поставила вопрос об оглашении прежних протоколов Мауля. Адвокаты возражали, указывая, что существенных противоречий между нынешними показаниями и протоколами нет, а сами документы не относятся непосредственно к предъявленному обвинению. Сторона обвинения настаивала, что прежние показания необходимы для проверки возможных расхождений и уточнения обстоятельств.

В итоге суд разрешил огласить часть протокола допроса свидетеля.

После допроса трех свидетелей заседание отложили. 

Следующее судебное заседание назначено на 9 сентября. «Тульские новости» продолжат следить за ходом дела.

***

Напомним, уголовное дело в отношении Константина Сартакова и еще 20 фигурантов рассматривается в Ленинском районном суде Тулы с апреля 2026 года. По версии следствия, обвиняемые были связаны с производством и сбытом контрафактных сигарет. Стоимость изъятой продукции оценивалась примерно в 16 млн рублей.

На предыдущих заседаниях суд начал допрос свидетелей. В их числе был директор ООО «Стройтехсервис» Сергей Семенов, который рассказал об аренде помещения, впоследствии использовавшегося для хранения контрафактных сигарет. Также были допрошены две женщины, давшие показания о фигурантах дела и обстоятельствах их знакомства с ними.

Кроме того, суд рассмотрел несколько ходатайств защиты. В частности, отказал в просьбе разрешить Сартакову ежедневные прогулки и прекратить уголовное преследование Маруповой, но изменил меру пресечения Михаилу Андрейчуку на более мягкую.