Административные эксперименты тульского губернатора продолжаются

Владимир Груздев проявил себя неутомимым реформатором с первых же дней пребывания в кресле руководителя региона. Судите сами: «инаугурацию» в кремль перенёс, вместо администрации правительство сформировал, министров назначил, стал на манер президента указы издавать. Потом последовала муниципальная реформа – стали сельские поселения друг с другом объединять, а посёлки городского типа делать «сёлами», как, скажем, это произошло с Бородинским Киреевского района. Потом началась перетряска избирательной системы, изменение количество депутатов областной и Тулгордумы, потом Ленинский район присоединили к Туле и разделили его между четырьмя районами «малой» Тулы, а сами районы стали «округами». А тут и новый Устав Тульской области подоспел. Чем он отличается от прежнего, и почему нельзя было ограничится правкой последнего, никто так толком и не понял. Поняли одно: НАДО.


В системе государственной и муниципальной службы, кроме вышеупомянутых фундаментальных, произошли и другие, может быть, менее заметные, но не менее важные изменения. В какой-то момент госстатистика перестала учитывать в качестве чиновников тех клерков, которые не имеют официального статуса государственного или муниципального служащего. В Тульской области таковых до той поры было немного. Теперь же, когда появилась возможность существенно скорректировать официальную цифирь, в «нечиновники» перевели чуть ли не половину работников местных (районных, городских, поселковых и деревенских администраций), а также от 10-ти до 15-ти процентов сотрудников органов исполнительной власти и подразделений аппарата облправительства. Большую группу экс-госслужащих сделали работниками государственных и муниципальных учреждений, впрочем, этот процесс начался не вчера, но при Груздеве он приобрёл особый размах.


Экономия эфемерна: всем этим «нечиновникам» платят почти такую же зарплату, что и до реорганизации, такие же доплаты к отпускам, которые, правда, стали чуть ли не на треть короче – как у большинства «простых смертных». Но вот на специальных чиновничьих пенсиях реально удастся выгадать, ведь государственных и муниципальных служащих реально стали меньше. А как теперь красиво выглядит Тульская область на фоне соседей! Откройте соответствующий статотчёт, и посмотрите, насколько меньше в нашем регионе госслужащих по сравнению с теми же Белгородчиной и Владимирщиной, где населения почти столько же, а чиновников не в пример больше. Секрет, как сказано выше, прост, остальные просто утратили этот статус, но кабинеты занимают по-прежнему, зарплаты получают вовремя.


А тут и новые преобразования подоспели: ликвидирован комитет по печати и телерадиовещанию. Взамен этого в областном министерстве по информатизации, связи и вопросам открытого управления появится профильный департамент. Кстати, многострадального куратора региональных СМИ «реформируют» уже лет 15. Сначала его урезали в два раза, укрупнив губернаторскую пресс-службу, потом вроде бы оставили в покое, потом опять взялись за «оптимизацию», создав издательский дом «Пресса 71», который взял на себя часть функций комитета. И вот – ликвидация на фоне очередного «реформирования» областных медиа-активов, учреждённых правительством региона.


Ещё большее удивление экспертного сообщества вызвало слияние службы протокола и пресс-службы. Начальник первой переброшен на другой участок работы – рулить Привокзальным районом, а начальницу второй сделали руководителем объединённого управления пресс-службы и протокола. Вообще-то, современная российская аппаратная практика таких примеров не знает, ибо оргработа, проведение массовых мероприятий и прочая текучка весьма слабо связано с общественными связями и взаимодействием с прессой. Другое дело, что пресс-службы иногда работают в составе органов по управлению СМИ, но в Туле решено иначе.


Напомним, после создания правительства, имело место некоторое укрупнение органов исполнительной власти. Скажем, образование и культуру подвели под единого министра, но потом почему-то опять разделили. Потом опять начали сливать, но других – мобподготовку и связи с силовиками, делопроизводство и обращения граждан, комитет по информатизации и «открытое правительство».
Причина, в общем-то, на поверхности: денег не хватает, «оптимизация» накрыла не только бюджетную сферу, но и святая святых – государственное и муниципальное управление. И будет ли кто-то жалеть чиновников на фоне урезания соцподдержки семей с детьми под предлогом усиления её «адресности»?