Сегодня в Советском районном суде по делу о мене Центрального стадиона допросили действующего председателя правительства региона Валерия Шерина. На момент сделки мены он являлся министром имущественных и земельных отношений, а затем министром природных ресурсов и экологии. Шерин присутствовал на заседании под председательством губернатора Тульской области Владимира Груздева, на котором обсуждался вопрос возвращения Центрального стадиона в собственность города. 
 
«Тульские новости» предлагают вашему вниманию стенограмму допроса свидетеля
Шерина в суде. 
 
 
Прокурор: Скажите, пожалуйста, на период 2014-15 годов какие должности вы занимали и что входило в ваши должностные обязанности?
 
Шерин: В 2014 году я занимал должность заместителя председателя правительства Тульской области – министра имущественных и земельных отношений. В конце 2014 года был переведен на другую должность – зампред председателя правительства – министра природных ресурсов и экологии. Укрупненно в мои должностные обязанности входило формирование региональных политик в области курируемых мной сфер. Спектр полномочий достаточно широкий, определялся должностным регламентом. Перечислять это все достаточно затруднительно. 
 
Прокурор: Скажите, пожалуйста, что вам известно по обстоятельствам заключения договора мены, который был заключен 30 декабря 2014 года между МКП «Тулгорэлектротранс», Злобиной и комитетом имущественных и земельных отношений, в результате которого было отчуждено недвижимое имущество по адресу г. Тула, улица Оборонная, дом 102. 
 
Шерин: Я знаю, что такой договор был заключен. И реализован.
 
Прокурор: Кто был инициатором данного договора? Известны ли вам стороны, между которыми был заключен договор? Ну, и вообще по обстоятельствам… Что предшествовало договору?
 
Шерин: Ну, давайте как-то последовательно, структурируем вопрос. То есть… Вот, первый вопрос какой?
 
Прокурор: Что вам известно по обстоятельствам заключения данного договора? Какое участие вы принимали?
 
Шерин: [вздыхает]
 
Прокурор: Что вообще являлось предметом данного договора?
 
Шерин: Поскольку договор заключался между частным лицом и муниципальным предприятием, стороны договора, существенные условия договора, которые определялись формулировками этих документов, мне стали известны после того, как было возбуждено уголовное дело и эта информация стала публичной. По обстоятельствам, предшествующим заключению договора, могу пояснить. На протяжении некоторого периода времени, не только 2014 года, а определенный период до этого, возвращение Центрального стадиона как объекта недвижимости, равно как и сохранением имущественной целостности этого спортивного комплекса, являлось одним из приоритетных направлений и вопросов, которое намеревалось решать региональное правительство. Впоследствии имущественный комплекс Центрального стадиона был приобретен у предыдущего собственника другим частным лицом, а на уровне губернатора Тульской области было принято решение, что этот объект должен быть возвращен в муниципальную собственность и муниципалитет должен являться его держателем. Но в связи с тем, что ни региональный, ни местный бюджет не располагал на тот момент свободными денежными ресурсами для того, чтобы выкупить данный объект, городской администрации была поставлена задача изыскать нефинансовые механизмы, не предусматривающие прямых денежных платежей – механизм возвращения этого объекта от частника в муниципальную собственность. 
 
Прокурор: Перед кем конкретно ставилась данная задача?
 
Шерин: Перед главой администрации Евгением Васильевичем Авиловым. 
 
Прокурор: Кем?
 
Шерин: Губернатором Тульской области.
 
Прокурор: Принимали ли вы участие в совещаниях при губернаторе области по вопросам мены стадиона? Если да, то кто на них присуствовал? Какие конкретно задачи были поставлены?
 
Шерин: Принимал участие. Я сейчас затрудняюсь сказать, что это именно за совещание, где оно проходило. Рабочие совещания с городской администрацией проходили систематически по нескольку раз в неделю. Могли территориально проводиться как в здании регионального правительства, так и в резиденции губернатора. Да, на совещаниях я присутствовал. На одном из таких рабочих совещаний главе администрации была поставлена такая задача.
 
Прокурор: Кто еще, помимо вас, принимал участие в данных совещаниях? Ну, губернатор ставил задачу, понятно. Вы присутствовали. Еще кто?
 
Шерин: Состав участников этих совещаний, он мог меняться. Я помню, что на этих совещаниях присутствовал Авилов, присутствовал заместитель Авилова Мурзин, присутствовал я, присутствовал действующий на тот момент председатель правительства Андрианов Юрий Михайлович. Ну, и губернатор, если совещание было у губернатора.
 
 
Прокурор: Скажите, пожалуйста, кем конкретно был утвержден состав имущества, подлежащий мене? Что вообще на что менялось?
 
Шерин: На одном из таких рабочих совещаний глава администрации города Тулы Евгений Васильевич Авилов озвучил, что город предлагает в счет мены на имущественный комплекс Центрального стадиона, территорию бывшего трамвайного депо.
 
Прокурор: Оборонная, 102, правильно понимаю?
 
Шерин: Оборонная, 102. Что именно входило в состав этих имущественных комплексов… Ну, именно имущественного комплекса трамвайного депо, на совещаниях губернатора не обсуждалось.
 
Прокурор: Известно вам что-либо, что за территория была на Оборонной, 102? Что она из себя представляла?
 
Шерин: На мой взгляд, все объекты недвижимости, которые находились на этой территории, были с высокой степенью физического износа. Территория была явно деградирующая, земельный участок плохо благоустроен.
 
Прокурор: Где предполагалось расположение в дальнейшем, в результате данной мены, автопарка?
 
Шерин: Это мне неизвестно. На этот вопрос глава администрации города отвечал, что этот вопрос отнесен к полномочиям городской администрации. Соответственно, городская администрация будет решать этот вопрос.
 
Прокурор: Известно ли вам, какие конкретно задачи были поставлены перед главой администрации Тулы Авиловым?
 
Шерин: [пауза] Уточните вопрос, пожалуйста. Какие конкретно задачи?
 
Прокурор: Ну… Так, хорошо, сейчас переформулирую по-другому вопрос. Ну, каким образом должна проходить эта мена? Механизм.
 
Шерин: Еще раз… Губернатор Тульской области не ставил перед главой администрации задачу именно обмена. Главе администрации была поставлена задача найти механизм, не предусматривающий денежных выплат собственнику стадиона за стадион. Найти неденежный механизм приобретения муниципалитету этого имущества. По итогам проработки этого поручения, главой администрации было доложено, что предлагается реализовать эти мероприятия через механизм мены на имущественный комплекс трамвайного депо.
 
Прокурор: Вы какое-то участие принимали непосредственно в данной сделке? Может быть, вами давались какие-то поручения главе администрации, комитету земельных отношений?
 
Шерин: Я присутствовал на рабочих совещаниях, я высказывал свои суждения по существу рассматриваемых вопросов, осуществлялось рабочее взаимодействие с городской администрацией, в том числе обмен информацией [далее слово неразборчиво]. Никаких поручений мной не давалось.
 
 
Адвокат Сергей Баркунов: Валерий  Витальевич, у меня, как у гражданина, чисто позитивное отношение. Стадион – объект обрел хозяина, на месте старого депо – красивый жилой комплекс, но ситуация сложилась так, что через сколько-то лет этот вопрос немножко другой аспект предпринял. Я вот вопрос задам, исходя из того, что здесь услышали от Евгений Васильевича Авилова. Евгений Васильевич Авилов, выступая в качестве свидетеля, назвал, что условием инвестора, а инвестором с его слов был господин Гусев Игорь Николаевич, было именно приобретение стадиона в обмен именно на территорию депо. Якобы этот вопрос поднимался в вашем присутствии. Было такое? Помните?
 
Шерин: Нет, я не могу подтвердить эту информацию. И по тем сведениям, которыми я располагаю, между приобретением данного имущества, я бы так его назвал, нашим потенциальным социальным партнером Гусевым… Ну, Гусев Сергей Николаевич, как выясняется, не был стороной сделки, но вместе с тем, на совещаниях присутствовал Игорь Николаевич, а иначе как социальное партнерство - я это по-другому назвать не могу, потому что были вложены конкретные денежные средства в этот проект, между приобретением этого имущества у предыдущего собственника и совершения договора мены прошел достаточно длительный период времени. Плюс, сама процедура оформления договора мены, она предполагала определенные процедурные и процессуальные действия, решения, предугадать и гарантировать проведение которых было очень затруднительно на момент приобретения стадиона. Поэтому я не могу подтвердить, что приобретая стадион сразу же в этот момент предполагалась его мена на территорию трамвайного депо.
 
Адвокат Инна Алябьева: Скажите, пожалуйста, Валерий Витальевич, когда все-таки определились, что менять будут стадион именно на территорию депо, кем-либо поднимался вопрос куда будет перенесено само депо с Оборонной? 
 
Шерин: На совещаниях у губернатора вопрос такой звучал: «Как будете размещать депо?» На что глава администрации ответил: Мы решим этот вопрос». Размещение депо, собственно говоря, не казалось и не кажется непреодолимым вопросом, решить который затруднительно для городской администрации.
 
Алябьева: А припомните, пожалуйста, очень примерно по времени, когда был озвучен Авиловым этот ответ, что они решат вопрос по размещению депо? Примерно месяц. 
 
Шерин: Вы имеете ввиду, в течение какого периода времени этот вопрос будет решен?
 
Алябьева: Нет-нет…
 
Баркунов: Когда он озвучивался у Владимира Сергеевича?
 
Алябьева: Когда был задан вопрос «что будете делать с депо?» и получен ответ «решим этот вопрос».
 
Шерин: Насколько я помню, ответ на этот вопрос звучал тогда же, когда и звучало предложение, что это будет трамвайное депо. 
 
Алябьева: Примерный месяц?
 
Шерин: По-моему, это осень. Точнее я сказать затрудняюсь.
 
Алябьева: Скажите, пожалуйста, а объект на Железнодорожной находился под вашим рассмотрением? Вы посещали его? Как вы его можете охарактеризовать?
Шерин: Да, я выезжал на этот объект для того, чтобы иметь представление, что же все-таки охватывается договором мены и иметь возможность высказаться по этому поводу на рабочих совещаниях, да, я выезжал. На мой взгляд, это хорошая территория. Участок находился в большей степени благоустройства, чем территория на улице Оборонной. Там были определенные хозяйственные постройки. 
 
Алябьева: Скажите, пожалуйста, как вы со своей стороны рассматриваете, кто конкретно должен был заняться вопросом переезда с Оборонной на Железнодорожную или любую другую территорию? Какое должностное лицо? Кто?
 
Шерин: Вы знаете, на уровне рабочих взаимоотношений на уровне регионального правительства и муниципалитета, эти отношения строятся исключительно с главой или его заместителями, поэтому кто внутри городской администрации должен был за этот вопрос отвечать, я думаю, на этот вопрос может ответить только глава администрации. Во взаимоотношениях «региональная власть и местная власть» за все отвечает глава администрации. 
 
Алябьева: А руководитель предприятия должен был озаботиться судьбой своего предприятия, коль скоро он являлся стороной этой сделки?
 
Шерин: Безусловно. Я думаю, что этот вопрос должен был волновать руководителя предприятия.
 
Баркунов: Смотрите, вам наверняка при нынешней должности приходится прорабатывать и принимать какие-то решения, касающиеся интересов субъектов хозяйствующих. Вот вы, перед тем как подписать распоряжение или постановление, мнение этого хозяйствующего субъекта выслушиваете, учитываете? В работе такое происходит?
 
Шерин: [неразборчиво]
 
Баркунов: И, если хозяйствующий субъект выражает сомнение, вы тоже это сомнение оцениваете?
 
Шерин: Мне кажется, это базовый принцип любой управленческой деятельности. Даже самое тихое мнение должно быть услышано.
 
Алябьева: То есть иными словами, если вам аргументированно кто-то донесет то, что вы не правы, вы можете изменить свое мнение относительно какого-то вопроса?
 
Шерин: Если я не прав, я точно поменяю свое мнение в отношении того или иного вопроса.
 
Судья: [плохо слышно, вопрос касается того, что механизм сделки был разработан администрацией]
 
Шерин: Правильно.
 
Судья: И вам об этом было доложено?
 
Шерин: Совершенно верно.
 
Судья: Вы впоследствии смотрели… [плохо слышно]
 
Шерин: У меня была информация от городской администрации, от Гусева Игоря Николаевича, что проведена рыночная оценка, параметры рыночной оценки. Разумеется, я имел представление о том, что из себя представляет территория трамвайного депо, я выезжал на Железнодорожную и имел представление что это за имущественный комплекс. Разумеется, я имел представление, что такое Центральный стадион и открытые футбольные поля, которые, тем не менее, зарегистрированы как объект недвижимости, которые также охватывал договор мены. Мне параметры этой сделки были абсолютно понятны. 
 
Судья: [не слышно] 
 
Шерин: Я не возражал против того, чтобы эта схема имела место быть. Я согласился с предложением городской администрации, что обмениваемые имущественные комплексы как минимум являются равноценными. От себя добавлю, что оценщик использовал, насколько понимаю, доходный метод в ходе оценки стоимости стадиона, какие выгоды извлекать из его обладания… Но если применить восстановительный метод, то есть сколько стоит построить данный спортивный объект… Это уникальное спортивное сооружение вместимостью 20 000 человек, других аналогов у нас на территории области нет. Новый объект построить – это несколько миллиардов рублей. 
 
 
Алябьева: Валерий Витальевич, с точки зрения гражданина, должностного лица, ваша оценка этой сделке для города? Потому что в рамках этого уголовного дела мы рассматриваем эту сделку в рамках МКП «Тулгорэлектротранс», которое якобы получило ущерб… Что получил от этой сделки город, с вашей точки зрения? Получилась ли та выгода, которая предполагалась изначально?
 
Шерин: Кхгм… Можно я чуть более широко отвечу на этот вопрос?
 
Алябьева: Да, конечно.
 
Шерин: Мне кажется, что любой руководитель, области или города, не только вправе, но и обязан определять приоритетные направления своей работы. И если на тот момент региональным правительством и высшим руководством области, равно как и городским руководством, не ставились под сомнение эти приоритеты, (во всяком случае публично никто не вступал в полемику и не оспаривал их, а значит разделял), сохранение имущественной целостности центрального спортивного ядра нашего областного центра… А мы понимаем, что частный собственник, обладая правом на объект недвижимости, мог заявить свои права и на земельный участок и характер использования этого земельного участка мог измениться… И мы могли утратить этот комплекс в городе. Мне считается, что определение этого направления как приоритетного было абсолютно востребовано и оправдано. То, что касается сделки мены, то еще раз повторю, что была проведена рыночная оценка. Насколько я понимаю, эту рыночную оценку никто не оспорил, сомнению не подверг. Соответственно, в результате мены город приобрел уникальное спортивное сооружение, аналогов которому в области нет, имел возможность тратить на этот объект бюджетные средства. На тех открытых футбольных полях, которые мы получили в результате мены, на минуточку, на одном сегодня расположен крытый футбольный манеж, который был построен на внебюджетные деньги… Ну, уже при губернаторе Алексее Геннадьевиче Дюмине. На другом открытом поле расположена многофункциональная площадка «Газпром – детям» стоимостью 15 000 000 рублей. Также при Алексее Геннадьевиче Дюмине реализовано. На третьем открытом поле проведены капитальнейшие работы, там полноразмерное тренировочное поле с подогревом, на внебюджетные источники построенное футбольным клубом «Арсенал»… Разумеется, такое развитие не было бы возможным, если бы эта территория продолжала находиться в частной собственности. Я уже не говорю о том, что территория Центрального стадиона, самого объекта как недвижимости, с момента приобретения городом также существенно преобразилась, начиная от, я прошу прощения, санузлов и, заканчивая самим стадионом. А это наше спортивное лицо с пониманием того, что на ключевые матчи тульского «Арсенала» приходит до 20 000 человек, до 5 000 – иногородних. Да, это важная составляющая. Найти автобазу, где разместить автобусный парк, это вопрос гораздо более технический. И автобаза объект недвижимости гораздо более простой. 
 
Допрос проходил порядка 24 минут. Заметим, что председатель правительства не упустил возможность упомянуть фамилию, имя и отчество действующего губернатора в вопросах привлечения инвестиций в Центральный стадион. Фамилия Владимира Груздева из уст его бывшего подчиненного не прозвучала ни разу. Шерин ограничился сухим «губернатор».
 
По делу осталось допросить двоих свидетелей, среди которых нет Владимира Груздева. Следующее заседание пройдет 25 мая.