Первый заместитель руководителя фракции ЛДПР в Государственной Думе Максим Рохмистров в интервью корреспонденту ИА «Тульские новости» рассказал о том, как прошла конференция по утверждению списка кандидатов на выборы в городскую Думу, и кто будет баллотироваться от ЛДПР, а также о том, какой, по его мнению, обещает быть предвыборная борьба.

Максим Станиславович, как Вы оцениваете прошедшую сегодня региональную конференцию тульского областного отделения ЛДПР? Сильно ли изменился список кандидатов, рекомендованный Высшим советом партии, после конференции?

М.Р.: Высший совет представил свои рекомендации региональной конференции, которые были приняты за основу. Но у делегатов возникло желание дополнить эти рекомендации другими людьми. В соответствие с Уставом, это право участников конференции. Потому что Высший совет рекомендует конференции утвердить тех или иных людей, но делегаты конференции вправе внести те или иные изменения, что и было сделано.

Какие рекомендации были сделаны Высшим советом региональной конференции по списку кандидатов?

М.Р.: На Высшем совете был внесен ряд изменений: по десяти-двенадцати кандидатам у Высшего совета возникли сомнения. Это было связано с тем, что Высший совет считает, что недопустимо наличие в списках ЛДПР всех уровней людей, которые имеют или имели судимость, пусть даже на сегодня уже погашенную. Высший совет, как правило, не рекомендует этих людей включать в избирательные списки. Либо это были люди, чья деятельность на данный момент вызывает сомнение, что они могут принести общий вред партии. В ЛДПР всегда стараются не допускать того, чтобы был даже повод нас обвинить в каком-то криминале и т.п. Был случай, когда Высший совет исключил из списка человека, который имел судимость в 1992 году, причем по статье «превышение необходимой самообороны». Но наличие этой статьи, которая имела место быть в биографии человека 18 лет назад, стало основанием для рекомендации исключить его из списка, чтобы не возникало спекуляций, что в наши списки пытается пройти криминал.

То есть, обвинения бывшего координатора Артура Белошенко в том, что в списке ЛДПР много криминала, безосновательны?

М.Р.: Артур Белошенко когда-то действительно был координатором, и именно он включал людей в список партии. Поэтому он либо может говорить: «Я включал криминал в ЛДПР», либо молчать. После того, как он перестал был координатором, ни одного списка кандидатов пока не появилось. О каких списках он говорит? Заседание Высшего совета по спискам было вчера с 20.00 до 21.00. А он давал комментарии раньше этого времени.

Как оценивают работу нового координатора в Москве?

М.Р.: Федеральный центр оценивает просто: координатор либо работает, либо, если его работа не эффективна, он не работает – у Высшего совета есть право снять координатора с должности.

Как было с Белошенко?

М.Р.: Белошенко сам написал заявление, которое было рассмотрено, и просьба его была удовлетворена. Но здесь другой вопрос: Белошенко никто обвинять не может, потому что он работал не могу сказать, что плохо. Потому что ему удалось в свое время провести ЛДПР в региональный парламент. Но условием его дальнейшей работы как координатора было преодоление барьера на выборах в Тульскую областную Думу в октябре прошлого года. Это существенное условие не было выполнено. То есть, если бы партия набрала более 7%, а Белошенко сумел бы обеспечить сохранность голосов, - а за это мы несем ответственность перед теми избирателями, которые за нас голосовали, и сумел бы до настоящего момента предоставить исчерпывающую информацию и доказательную базу по отмене выборов в законодательное собрание тульского региона, - то есть о нарушениях, которые признали бы выборы с нарушениями, он не был бы рекомендован Высшим советом к снятию с должности.

К сожалению, на сегодня мы не в полной мере можем обеспечить сохранность голосов, которые нам отдают избиратели. Это связано со многими моментами. Во-первых, основной момент – это финансы. Мы не являемся богатой партией, никакие жулики нам деньги не дают – иначе у нас, наверное, проблем бы не было. Потому что если бы нам давали деньги, мы бы на каждый избирательный участок выставили бы по профессиональному юристу. Каждые выборы – это большое количество участков, и предугадать, где произойдет вброс или какая-то иная фальсификация, очень сложно. Но это надо не только увидеть, но и грамотно зафиксировать, чтобы это было принято в дальнейшем к рассмотрению в суде. И вот здесь уже важна квалификация. Мы знаем, много нарушений было в Тульской области, но квалификация наших активистов, к сожалению, не всегда позволяет грамотно зафиксировать это нарушение, чтобы это было принято судом как доказательство фальсификации. К сожалению, мы можем нанять такое количество юристов. У нас нет столько денег, и мы не можем прийти на предприятие и сказать, что завтра мы нашлем туда сто проверок, если нам не помогут на выборах. Это право есть только у определенных партий, у нас этого права нет. Поэтому те, кто нам помогают, помогают нам от чистого сердца.

Критерий же работы любого должностного лица политической партии один – результат на выборах. Процент, который партия набирает на выборах, и звание «Лучший координатор» или, наоборот, «Худший координатор», присваивается именно по результатам выборов. Белошенко в свое время тоже был лучшим координатором, но на выборах в областную Думу – высший уровень выборов в рамках субъекта – не смог преодолеть барьер. Поэтому от лучшего до худшего – один шаг.

Выборы в городскую Думу будут жестче, чем были выборы в областную?

М.Р.: Я думаю, что будут жестче. Во-первых, территория меньше. Во-вторых, если говорить о денежной стороне вопроса, бюджет Тулы - это второй по величине бюджет в Тульской области. Поэтому желающих его поделить будет более чем достаточно. И желающих не допустить тех, которые будут контролировать тех, кто этот бюджет будет делить, тоже будет много. Поэтому бороться с нами будут жестко. Например, я езжу по городу и чувствую, что дороги здесь очень плохие. При этом я посмотрел отчет Счетной палаты и обнаружил большое количество серьезных финансовых нарушений. Направил это депутатским запросом в МВД и в прокуратуру. Пока, к сожалению, результатов нет. Но я надеюсь, что прокуратура и МВД поработают с этим отчетом и выявят те нарушения, которые там есть при распределении денег на муниципальные дороги. Люди жалуются на льготный проезд, - это тоже проблемы людей, финансирование здесь тоже идет из городского бюджета. К сожалению, вся социальная часть идет из бюджета. Это то, что бьет людей в первую очередь. И наша задача – контролировать, куда идут эти деньги. Не делить – потому что, чтобы делить, надо иметь большинство. И жители либо доверяют нам настолько, что нас становится большинство, и тогда мы можем гарантировать, что не своруют наши депутаты. А если своруют, мы их сами накажем. Поэтому основная задача – обеспечить победу наших депутатов, чтобы обеспечить эффективный контроль за теми средствами, которые закладываются в бюджет.

В этой связи, на Ваш взгляд, окажет какое-то влияние на ход выборов состоявшийся накануне Госсовет, посвященный как раз политической системе?

М.Р.: Впервые Госсовет был на такой высоком уровне, где обсуждали проблемы политического устройства государства и выборов. И были приглашены как политические партии, даже те, которые не в парламенте, которым дали слово, так и губернаторы субъектов, где в ближайшее время пройдут выборы. И разговор был достаточно жестким, и получил достаточно большую поддержку у первых лиц государства, у президента, который поддержал многие вещи, о которых говорили партии. К сожалению, в субъектах зачастую то, что декларируется на высшем уровне, не всегда соблюдается, но в рамках Госсовета и президент, и премьер-министр отметили, что по тем людям, которые не поймут, для чего был созван Госсовет, и что на нем происходило, будут приниматься кардинальные решения. Я думаю, это отрезвит многих людей, которые используют и административный ресурс, и не совсем законные способы, чтобы обеспечить победу какой-либо одной политической партии. Совершенно четко было продекларировано, что политическая конкуренция должна быть и должна развиваться. И поэтому я думаю, что многие должны были сделать выводы, и выборы пройдут достаточно спокойно. Хотя уже сейчас какой-то черный пиар есть в Туле. В газете, которая неизвестно кем издается, нас поливают грязью. У нас еще не зарегистрированы списки, а нам говорят, что у нас какой-то криминал идет. Если мы возьмем 1993 год, в Тульской области за ЛДПР голосовали 30-40%. И за эти 16 лет все, что мы говорили, оказалось правдой. То есть, наш избиратель, который на каком-то этапе, возможно, поверил кому-то еще, теперь возвращается к нам. И это, естественно, вызывает страх и опасения тех чиновников, которые пришли на волне других партий.