Невзирая на долгожданный обмен пленными по формуле «123 на 77», состоявшийся между силовыми структурами республик Донбасса и украинской стороны 29 декабря 2019 года, после «долгоиграющих» и изматывающих консультаций Трёхсторонней контактной группы, оперативно-тактическая ситуация на Донбасском театре военных действий продолжает оставаться крайне противоречивой и сложной для экспертной оценки. С одной стороны, интенсивность ар-тиллерийских ударов украинских военизированных формирований по Донецко-Макеевской и Горловско-Енакиевской агломерациям, а также передовым укрепрайонам 1-го и 2-го армейских корпусов ЛДНР вдоль линии соприкосновения заметно снизилась, равно как и интенсивность контрбатарейных дуэлей между батареями САУ 2С1 «Гвоздика», 2С3 «Акация» и 120-мм миномётов 2Б11, состоящими на вооружении армейских корпусов ЛДНР и ВСУ. Установившаяся оперативная тишина предоставила жителям Горловки, Макеевки, Донецка и южных районов ДНР возможность более-менее спокойно провести новогодние праздники, без обыденной необходимости спуска в подвальные помещения.

С другой стороны, отталкиваясь от относительно свежих фото- и видеоматериалов, с завидной регулярностью публикуемых в новостных сообществах соцсетей и на своих «Твиттер»-страничках местными анонимными военкорами и обозревателями, проживающими близ железнодорожных веток в центральных областях «незалежной», не трудно прийти к выводу о том, что возобновление активной фазы боевых действий на Донбасском ТВД может состояться в любой момент. Об этом красноречиво свидетельствуют несколько фотографий и видео, предоставленных в конце декабря 2019 года анонимным блогером из Днепропетровской области.

На них запечатлён внушительный железнодорожный состав, располагающий более чем 50 Ж/Д-платформами, на которых размещены боевые танки Т-64БВ, 122-мм САУ 2С1 «Гвоздика», БМП-1/2, а также грузовые автомобили «Урал-4320» и ГАЗ-66 (по-видимому, груженные артиллерийскими осколочно-фугасными снарядами и танковыми оперёнными бронебойными подкалиберными снарядами). В дальнейшем, ссылаясь на осведомлённые местные источники на Донбассе, сообщество «Сводки ополчения Новороссии» опубликовало информацию о прибытии данного состава в зону ответственности 36-й отдельной бригады морской пехоты (ОБрМП) ВСУ (на новоазовское операционное направление) и разгрузке вышеперечисленной техники на одной из железнодорожных станций близ стратегически важного металлургического и портового города Мариуполь.

Более того, начиная с раннего утра 8 января, буквально сразу после завершения новогодних праздников, в западных окрестностях Мариуполя возобновилась огневая работа артиллерийских батарей ВСУ по опорным пунктам защитников Донбасса в районе «Тельмановского перешейка» и жилой инфраструктуре населённого пункта Саханка, находящегося под контролем 1-го армейского корпуса Народной милиции ДНР. Уже к 11 января 2020 года артиллерийские дуэли охватили не только приазовские районы ДНР, но и северные окраины Луганской Народной Республики (в районах городов Стаханов и Кировск). Любые рассуждения об устойчивом режиме прекращения огня в сложившейся оперативно-тактической ситуации являются абсолютно контрпродуктивными.

Более того, подобные действия ВСУ подкреплены не только одобрительной риторикой со стороны высокопоставленных представителей внешнеполитического ведомства США и предоставлением Киеву исчерпывающей разведывательной информации от БПЛА стратегической радиолокационной и оптико-электронной разведки RQ-4A/B, регулярно барражирующих близ линии соприкосновения на Донбассе, но и многомиллионными контрактами на поставку украинской стороне передовых тактических вооружений по линии FMS («Foreign Military Service»), предусматривающей упрощённую схему заключения оружейных сделок между Агентством оборонного ведомства США по военному сотрудничеству и государствами-союзниками США, не входящими в структуры НАТО.

Противотанковые комплексы 3-го поколения FGM-148 «Javelin» способны кардинально изменить оперативно-тактический расклад на Донбасском театре военных действий

К одной из подобных сделок, способных в одночасье изменить оперативно-тактический расклад на вновь «воспламеняющемся» Донбасском театре военных действия, можно смело отнести 39-миллионный контракт на поставку украинским войсковым формированиям дополнительных 150 противотанковых управляемых снарядов FGM-148 «Javelin» и 10 транспортно-пусковых «тубусов» CLU.

Таким образом, в совокупности с уже поставленными Киеву в 2018-м году 210 ПТУРС FGM-148 «Javelin» и 37 пусковыми установками CLU, суммарное их количество возрастёт до 360 и 47 ед. соответственно, чего будет вполне достаточно, к примеру, для уверенного выведения из строя 1-2-х танковых бригад 1-го АК Народной милиции ДНР , прикрывающих стратегически важный «Тельмановский перешеек» от прорыва «танков Ла-Манша» Т-80Б/БВ, доставшихся ВСУ в наследство от СССР и восстановленных в течение последних 2-х - 5 лет.

Некоторые наши «специалисты» и ура-патриоты склонны либо занижать тактико-технические характеристики и пре-имущества комплекса «Javelin» на поле боя, либо и вовсе заявлять о полном отсутствии какого-либо положительного тактического эффекта от применения «Дротиков» на донбасском театре военных действий. На практике же, на мой взгляд, всё будет обстоять совершенно по-другому.

Даже 4—5 пусковых установок противотанкового комплекса «Джавелин» и пара десятков ракет FGM-148 способны будут дать украинским войсковым формирования серьёзное тактическое преимущество на том операционном направлении, рельеф которого изобилует большим количеством складок, близко расположенных низменностей и возвышенностей, лесных насаждений. Обученным западными спецами украинским операторам «Джавелинов» останется только лишь дождаться того момента, когда Т-64БВ или Т-72А/АВ/Б 1-го АК народной милиции ДНР хотя бы на 25…35 секунд окажутся в зоне видимости комбинированного телевизионно-тепловизионного прицела (ППУ, — прицельно-пускового устройства) и на удалении не более 2200—2500 м.

После этого оператору достаточно будет лишь навести перекрестие 4-кратного дневного и 9-кратного тепловизионного прицела на обнаруженный танк, после чего отметить цель с помощью специального курсора-маркера. В ходе этого про-цесса ГСН FGM-148 получит целеуказание от ППУ и «захватит» цель, оператор произведёт пуск и сможет мгновенно переместиться в укрытие или сменить огневую позицию, не находясь в зоне обзора оптико-электронных средств про-тивника, чего требуют управляемые по лазерному лучу противотанковые ракеты семейства 9М133-1 «Корнет-Э», относящиеся ко 2-му поколению.

Следовательно, операторы «Джавелинов» не должны находится на линии визирования цели (на открытых позициях) во время маршевого участка траектории полёта ПТУРС к цели. «Конкурсы-М», имеющиеся на вооружении армейских корпусов ЛДНР этого требуют; будут требовать и «Корнеты-Э» (в случае их передачи НМ ЛДНР в качестве военной помощи). Но если в случае с ракетой 9М113М комплекса «Конкурс-М» чётко вычислить позицию противотанкиста будет не так просто (благодаря радиокомандному управлению по проводам), то с 9М133-1 «Корнет-Э» дело обстоит несколько сложнее: излучатель лазерного канала управления легко демаскирует позицию «Корнета» на маршевом участке полёта.

В итоге, вырисовывается ещё один неприятный момент: интенсивный ответный огонь из стрелкового оружия и автоматических пушек БМП/БТР противника в направлении оператора комплекса «Корнет» способен легко сорвать процесс полуавтоматического наведения ракеты 9М133-1 на цель. Попробуйте чётко удержать перекрестие прицела 1ПН79М «Метис-2» на вражеском танке, когда по вам работают 25-мм АП M242 «Bushmaster», а то и вовсе стандартное 120-мм танковое орудие M256 осколочно-фугасными снарядами.

Что же касается плотного ответного огня по расчёту ПТРК «Javelin» (если его всё же удастся обнаружить сразу после выхода FGM-148 из транспортно-пускового «тубуса»), то на эффективности поражения цели он никак не отразится, по-скольку инфракрасная ГСН позволяет ракете действовать полностью самостоятельно, независимо от судьбы оператора и пусковой установки M98A2 с комбинированным всесуточным прицелом.

Основываясь на вышеуказанном, делаем окончательный вывод: «Джавелины» являются весьма грозным для механизированных подразделений Народной милиции ЛДНР вооружением не только в городской застройке, но и в условиях степной ландшафтной зоны, характерной для большей части Донбасса, а в особенности для Приазовья. Эта зона изобилует как естественными, так и искусственными удобными позициями для развёртывания FGM-148 «Javelin». Более то-го, на большинстве участков линии соприкосновения дистанция между удерживающими оборону подразделениями армейских корпусов НМ ЛДНР и украинскими войсковыми формированиями составляет лишь 500—1000 м, что даёт возможность ВСУ приступить к использованию «Дротиков» практически незамедлительно, ведь позиции будут подготовлены уже заранее. И это не говоря уже о том, что состоящие на вооружении ВС ЛДНР танки Т-64БВ, а также Т-72А/АВ/Б не располагают комплексами активной защиты типа «Арена» и комплексами оптико-электронных помех, способными либо уничтожить атакующие в режиме «горка» (под углом в 45 градусов) «Джавелины», либо сорвать процесс «захвата» их инфракрасными головками самонаведения.

Дальнобойный ПТРК «Гермес» может рассматриваться в качестве оружия сдерживания на Донбассе, нивелирующего потенциал переданных Киеву «Джавелинов»

Возникает вполне логичный вопрос: какие противотанковые средства могут быть предоставлены механизированным подразделениям 1-го и 2-го армейских корпусов Народной милиции ЛДНР в качестве «пакета» военно-технической по-мощи, способного оказать сдерживающий эффект на танковые бригады ВСУ, осуществляющие наступательный бросок на ослабленные ударами «Джавелинов» операционные направления республик? Ответ здесь очевиден.

В качестве наиболее эффективного средства превентивного подавления танковых подразделений ВСУ может рассматриваться наземная модификация противотанкового/многоцелевого ракетного комплекса «Гермес», размещённая на шасси КАМАЗ и обладающая возможностью нанесения ударов по поверхностным объектам за пределами оптического горизонта и радиогоризонта (от 25 до 100 км в сравнении лишь с 2,5 км у «Джавелинов»), обеспечивая упреждающее по-давление механизированных подразделений противника задолго до их выхода на рубежи прямого огневого воздействия по дружественным силам на активном участке ТВД. Внушительный диапазон дальностей поражаемых посредством очередного «детища» КБМ целей обусловлен использованием в его боекомплекте уникальных двухступенчатых бикалиберных противотанковых/многоцелевых ракет, компоновка которых имеет огромное сходство с компоновкой ЗУР 57Э6Е ЗРПК «Панцирь-С1».

Фото: Наземная модификация ПТРК «Гермес»

Благодаря оснащению «тяговитыми» 170-/210-мм стартовыми ступенями, данные противотанковые ракеты могут похвастаться максимальной скоростью полёта 1300 м/с (на восходящей ветви траектории и на маршевом участке, непосредственно после выгорания зарядов РДТТ разгонных/стартовых ступеней), что исключает возможность их перехвата посредством состоящих на вооружении Воздушных сил «незалежной» зенитно-ракетных комплексов С-300ПС, максимальная скорость поражаемых целей для которых составляет порядка 1200 м/с. И даже с учетом баллистического тор-можения боевой (второй) ступени ПТУРС «Гермес» до 1000 - 850 м/с на завершающем участке траектории полёта, пе-рехватить его посредством С-300ПС не представляется возможным, ведь её эффективная отражающая поверхность составляет порядка 0,01 - 0,05 кв. м, в то время как ранняя версия радара подсвета 30Н6Е (комплекса С-300ПС) способна обнаруживать, сопровождать и «захватывать» средства воздушного нападения с ЭПР не менее 0,05 кв. м.

Главным же преимуществом противотанковых ракет комплексов «Гермес» является интеграция в их БРЭО полуактивных лазерных или активных радиолокационных головок самонаведения, исключающих необходимость непрерывного наведения или подсвета со стороны оптико-электронных или радиолокационных средств, размещённых на пусковых установках-носителях. Для эффективного поражения целей данные ракеты ракеты нуждаются лишь в присутствии БПЛА/наземного оператора с лазерным дальномером-целеуказателем, либо стороннего средства радиолокационной или оптико-электронной разведки.