Согласно данным РОССТАТа за первый квартал 2013 года, уровень безработицы в Тульской области по отечественной методике составляет 1,2%, по международной классификации – 4,5%. В первом случае речь идет о 9, во втором – о 36 тысячах «лишних» людей в нашем регионе. Сколько же их на самом деле?

 

Ответ можем дать сразу: никто не знает. Но не потому, что у нас так плохо считают. Аналогичная ситуация – во всем мире. Уровень безработицы точно определить не могут нигде – нет идеальной методики. К тому же, ситуация в этом вопросе постоянно меняется, оперативной информацией о том, кто и где нашел, а кто, наоборот, лишился работы, не обладает никто. Российская методика считает безработными лишь тех, кто пришел в службу занятости, предъявил необходимые документы о причинах своей бездеятельности, получил статус безработного и право на денежное пособие. Сразу ясно, что этот подход – необъективен.

 

Как показывает отечественная практика последних двух десятилетий, на биржу труда идут 20-30% реально безработных, остальные предпочитают не впутывать государство в свои проблемы. Скорее всего, по причине того, что не ждут от него реальной помощи. Тут они, конечно, не правы – помимо хотя бы временного пособия в службе занятости могут направить на бесплатные курсы по овладению навыками новой профессии, подыщут пусть не самую лучшую, но все же работу. С другой стороны, «необращенцев» тоже можно понять: каждый три месяца собирать кучу бумаг, чтобы получать в месяц 800-2500 рублей – оно того не стоит…

 

Однако и методика Международной Организации труда (МОТ) тоже далека от идеала. По ней в число ищущих работу включают всех граждан в возрасте от 15 до 72 лет, которые изъявили желание работать, но почему- то пока не нашли себе занятие. В результате безработными считаются пенсионеры, которых никуда не берут. Или студенты вузов/колледжей дневных форм обучения, школьники старших классов. Наконец, кормящие матери, жалеющие подработать. Все эти люди уже получают денежные пособия – пенсии, стипендии, по уходу за детьми, но по методике МОТ они – «безработные».

 

До недавнего времени мы не имели точной информации, что представляют собою люди, находящие в поисках работы. Однако проведенный во второй половине 2012 года общероссийский опрос на эту тему дал кое-какие результаты. Вот как примерно делится группа из 36 тысяч туляков, находящихся сегодня в поисках работы. От 700 до 1000 человек – это «профессиональные» бездельники. При социализме их называли тунеядцами, сажали в тюрьму, но меньше таких людей не стало. Они есть везде, даже в самых благополучных странах мира.

 

В Дании, к примеру, их около 1% от взрослого населения. Ничего не делают, живут в свое удовольствие, получая от государства пособие в размере 70% от средних заработков в стране (такие там гуманные законы). Их стыдят, но все бесполезно. Одни числят себя «художниками», «писателями», «философами». Другие бомжуют. Третьи «летают» с одного места работы на другое, нигде не работая. Четвертые – живут за счет подаяний. Или сидят на шее у добрых жен. Вариантов – не счесть. Сюда же, судя по всему, следует отнести тех туляков, кто освободился из мест лишения свободы. Их на работу не берут почти нигде, а система «понуждения» в адрес предприятий у нас ныне не существует. Людей этих немало, речь, видимо, идет о сотнях граждан. Они, как правило, не участвуют ни в каких переписях, никуда не обращаются. «Темная сторона Луны» для нашей статистики…

 

Вторая группа – те самые 11 тысяч туляков, которые явились в службы занятости. 9 тысяч из них получают пособие, остальные выживают сами. Но в реальности часть таких людей работает – и те, что с пособиями, и те, которые без них. Естественно, без оформления документов, получая деньги в «конвертах». Конечно, нарушают закон и могут быть наказаны (если поймают за руку). Но кого это у нас пугает? Теоретически всех их можно трудоустроить. Свободных вакансий в экономике региона – даже с учетом мощного притока трудовых мигрантов – 15-20 тысяч. Однако заводам нужны рабочие (токари, сварщики, дорожники, коммунальщики), а основная масса безработных – бухгалтеры, экономисты, педагоги, юристы. К тому же – в возрасте «слегка» за 50. Переучиваться на санитарок или швей-мотористок (две фантастически востребованные профессии в нашей области со столь же фантастически низкими заработками) они не хотят.

 

Впрочем, приметно 25% официальных «лишних» людей – вчерашние школьники и студенты. Не могут устроиться. Либо нет никакой профессии вообще, либо получили диплом непонятно кого, а такие профессии у нас не нужны. Вот их переучивают. Если, конечно, соглашаются. Еще одна группа безработных – те самые пенсионеры, студенты со старшеклассниками и кормящие матери, желающие найти подработку в свободное время. Их – по результатам опроса – тысяч 5-6. Немало. Считать ли их по-настоящему безработными – непонятно.

 

С одной стороны, им платят пособия. С другой – суммы нередко таковы, что на них не проживешь больше двух недель в месяц. А в остальное время?.. И – самая мощная прослойка, Люди, уволившиеся с прежнего места работы по собственной инициативе и в момент проведения переписи (опроса) попавшие в число «не трудящихся». Их – тысяч 8-10. Большинство вскоре находят работу, но этого статистика уже «не видит». Итак, подобьем баланс. 11 тысяч туляков – реальные безработные, из которых 9 тысяч получают пособия. Еще 15-17 тысяч – «международники» (студенты, пенсионеры) или уволившиеся по собственному желанию.

 

У них есть и источники существования и работа. Остальные 7-8 тысяч – скорее всего, действительно безработные без устойчивых доходов… Ну, а как тульские цифры по двум методикам смотрятся на общем фоне? Хорошо. Наши 4,5% безработных по оценке МОТ – это 12-е (из 18-ти) место в ЦФО. В данном случае, чем ниже место – тем лучше. По отечественной методике тульские 1,2% - вообще 15-е место в ЦФО.

 

Общая ситуация с трудовыми ресурсами в нашей области такова, что работу можно найти всегда. Если не лениться. Что подтверждают другие данные. В условиях сокращения числа молодых жителей, количество работающих пенсионеров в регионе за 10 лет удвоилось, было 46, стало 87 тысяч человек. Раньше их не брали. Теперь – только попросись…