Настоящая статья посвящена выяснению вопроса о том, кто виноват в приближающейся экологической катастрофе на территории Тульской области. Как эксперт Международной Академии наук по экологии, я считаю необходимым предупредить широкую общественность о приближении такой катастрофы.

Экологической катастрофой в данном случае, я, как экологический эксперт, называю такое состояние территории, в нашем случае Тульской области, когда население, находящееся на данной территории, окажется без воды питьевого качества и из-за этого начнет вымирать.

Рассмотрим факторы, приближающие экологическую катастрофу. Фактор первый - отсутствие очистных сооружений на многих промышленных предприятиях и муниципальных сооружениях. Фактор второй - неудовлетворительная работа очистных сооружений там, где они есть. Фактор третий - продувки и утечки воды из систем оборотного водоснабжения, там, где они есть. Фактор четвертый - сегодняшнюю воду из существующего водопровода в Туле пить уже практически невозможно. Так население ее и не пьет, а ходит за водой в киоски и покупает ее там по 2 рубля литр. Но когда каждому из этого самого населения присылаю счет за квартиру, то отдельной строчкой пишут: «питьевая вода». Только эту воду пить нельзя. Тогда так и напишите: «Вода техническая, не пить». Но при этом и цена должна быть другая, согласитесь, ниже.

Фактор пятый - технический. Очень часто в квартирах установлены газовые колонки. Газовые колонки греют воду из водопровода для бытовых нужд. При этом вода из водопровода проходит по змеевику, расположенному внутри колонки. Если в нагреваемой воде много солей жесткости, а в славном городе Тула это именно так, то внутри змеевика отлагаются соли жесткости и продукты их термического разложения. Если за этим не уследить, то змеевик прогорит, начнется утечка бытового газа и может быть взрыв. Такого взрыва еще не было, но риск существует. Как эксперт, я счел необходимым предупредить. Надзором за эксплуатацией газового оборудования должен заниматься технадзор, но жесткого поквартирного обхода с осмотром по всем правилам с советских времен не было.

И, наконец, последний фактор - здоровье. Я вместе со своим соавтором опубликовал статью: «Влияние факторов окружающей среды на здоровье население Тульской области». Статья была опубликована в научном сборнике и размещена в Интернете, на сайте Общественной палаты Тульской области. В статье выведена зависимость заболеваемости населения Тульской области от загрязнения питьевой воды. Но народ научные статьи не читает, на научные конференции не ходит и скучные материалы в Интернете не смотрит. Мой соавтор в тот момент, когда была написана эта статья, работал заведующим отделом мониторинга окружающей среды в ФГУ «Управление санитарно-эпидемиологического надзора».

Такого отдела в этом учреждении уже нет, мой соавтор работает в другом месте, но зависимость существует. Теперь рассмотрим все факторы по порядку. Если со стоками промышленных предприятий разработана целая система борьбы, вплоть до закрытия предприятия, то с коммунально-бытовыми стоками никто ничего не делает и не пытается делать. Люди, как биологически открытые системы, продолжают выделять свои отходы в унитазы, и оттуда в биологические очистные сооружения, там, где они есть.

Прежде всего, биологический способ очистки стоков безнадежно устарел, так как он открытый, и с больших площадей выделяются путем испарения не только зловония, но и бактерии, вирусы и другая зараза. Современные очистные сооружения - закрытые, и при правильной эксплуатации ничем не пахнут.

Если кто-нибудь, когда-нибудь случайно забредет в здание биологических очистных сооружений, то взору его предстанет печальная картина. Городские хозяйственно-фекальные сбросы по коллектору поступают в помещение решеток. Когда очистные сооружения ввели в эксплуатацию, песок отделялся в вихревых песколовках. Песок сбрасывался в бункер и вывозился машинами.

Здесь в проекте была заложена принципиальная ошибка. Обеззараживание песка. Песок отдельно не обеззараживался, и системы экологически безопасной утилизации песка предусмотрено не было. В песке, выделенном из коммунальных сточных вод, может содержаться любая бактерия и любой вирус. Любые простейшие микроорганизмы, грибки, паразиты, в том числе и опасные для человека. Никто такого исследования не проводил.

Далее, после песколовки, происходит очистка от флотируемых загрязнений, то есть всплывших сами по себе фракций. Густая, липкая биомасса, дабы не называть вещи своими именами, должна автоматически дробиться и направляться в двухъярусные отстойники. Обеззараживать эту биомассу никто и не собирался. Но именно в этой биомассе происходят мутации паразитов и микроорганизмов, и продукты такой мутации могут быть очень опасны. В частности, в таких местах часто водятся крысы, а на крысах может быть крысиный цепень. Эти крысы, расплодившись на очистных сооружениях, могут атаковать зернохранилища, и в те самые зернохранилища они принесут на своих серых шкурках и вирусы, и бактерии, и цепень и еще что-нибудь такое, чего сразу и не придумаешь.

Биохимических, бактериологических и паразитологических исследований такой биомассы никто не проводил.

Пока процесс не проходит стадию обеззараживания и не проводится в закрытой аппаратуре, считать рассматриваемую биомассу вероятным источником инфекционного заражения основания есть.

При пуске очистных сооружений может быть, что-то где-то и было автоматическим. Автоматика бала примитивная - на уровне сливного бачка, но сейчас, по мере обветшания очистных сооружений,- нет и этого. Мусор и биомасса оседали на решетках, уровень воды поднимался, включались в работу механические грабли, соскабливали мусор и бросали его в дробилку. По логике авторов проекта многолетней давности, перемолотый мусор в комплекте с биомассой, возвращался в лоток, и попадал в двухярусный отстойник. В отстойнике биомасса вместе с мусором оседала на дно и проходила биологическую очистку.

На самом деле проходил процесс неконтролируемого гниения, который опасен уже сам по себе. Какого-либо контроля проектный технологический процесс биохимического гниения не предусматривал.

При сегодняшнем плачевном состоянии очистных сооружений, когда нет ни механических грабель, ни дробилок и не работает вентиляция, машинист 2-го разряда, иногда называемый «песколовщица», сгребает все вручную. Больше часа в таких условиях ни одна женщина не выдерживает. Через час приходит напарница. Вдвоем они выгребают 70 ведер биомассы и выбрасывают все это на неорганизованную свалку. Каким источником вторичного загрязнения окружающей среды является такая биомасса, экологам еще предстоит оценить. В старых учебниках описано, что хозфекальная вода всегда была источником палочек туберкулеза, кишечной палочки, вируса гепатита и много другого.

Такова классика, издания тридцатых годов, о которой, уже давно забыли. Реально эпидемий на территории Тульской области пока нет, но оценку риска завоза этих инфекций никто не проводил. Я предлагаю каждому желающему сделать это. Сделать такую приблизительную оценку ситуации очень просто. Для этого в городе Тула нужно сесть на городской автобус, который ходит по маршруту №1, и доехать до оптового рынка, где торгуют овощами и фруктами.

Это на одной остановке с магазином «Линия». Посмотрите на номера машин. Ингушетия, Дагестан, Чечня. На этих территориях идет война. В зоне боевых действий, по отдельным сообщениям средств массовой информации, попадаются арабские наемники, в том числе из Афганистана. Я не знаю, где они, сколько их, но в любом случае какой-то обмен существует. Существуют антисанитарные условия самого рынка и условий существования тех водителей и экспедиторов, которые сюда это все везут. По международным базам данных Афганистан проходит как зона чумы, сибирской язвы и еще массы всяких средневековых инфекций, которые в цивилизованном мире уже давно побеждены. Я бы не хотел, что бы они завезли нам какую-нибудь страшную инфекцию. Я бы не хотел, что бы мой прогноз сбылся. Но я обозначил проблему, решения которой нет. Никто не пойдет проверять этот рынок. Даже если фрукты и овощи, купленные на этом рынке, принеся, домой, и помоют, то грязная вода с бактериями, палочками и вирусами, все равно попадет в канализацию, другого пути нет. В то, что каждый помидор обдадут кипятком, я не верю. Эксперт реально сделать ничего не может. Может только предупредить широкую общественность, в данном случае через газету. Теперь пойдем дальше по технологической цепочке переработки стоков той самой канализации, в которую еще не попала смертоносная инфекция, способная унести жизни многих, очень многих людей. Работа машинистов ведется круглосуточно, три смены по два человека. Средств защиты, кроме халата и рукавиц, которые ни от чего не защищают, у них нет. Если источник инфекции все же попадет в канализацию, первыми пострадают именно они.

Рассмотрим двухъярусные отстойники. В них должна происходить биологическая очистка стоков. Реального контроля проектный технологический процесс не предусматривал. В отстойниках ил должен оседать на дно и перегнивать. Готовность стоков к выходу должна была проверять лаборатория. Для отбора правильной (представительной) пробы на каждом отстойнике должны были стоять R-лифты.

Таких устройств давно нет, и пробы не берутся. Время очистки, единственный контролируемый параметр, не выдерживается, и ил выпускается неочищенный. Проверить это очень просто - неочищенный ил имеет очень сильный неприятный запах, и если даже не хотеть его унюхать, то вонь на всю округу сама стоит.

В двухъярусных отстойниках ил остается гнить, процесс нерегулируемого гниения еще не привел к мутации болезнетворных бактерий, но биохимическая мутация, прежде всего одноклеточных микроорганизмов и паразитов непредсказуема.

Сток поступает далее в аэротенки. Процесс биологической очистки, по логике первоначального проектировщика, должен протекать под воздействием специальных одноклеточных культур: амебы и инфузории туфельки. По существующей теории они должны питаться всем, что есть в стоках, кроме вирусов. Вирусологических исследований никто не проводил. Реально, очистка происходит не полная, опять-таки, по запаху это слышно. Далее сток попадает во вторичные отстойники. В них, по логике технолога биохимической очистки, микроорганизмы, съев всех, кого нужно, должны погибнуть. Но гибнут они от недостатка кислорода и оседают на дно отстойника. Илосос, вращаясь по кругу, засасывает ил и отправляет его на вход очистных сооружений, что бы он осел в двухъярусных отстойниках и перегнил без доступа кислорода. Этот вторичный ил должен ускорять гниение первичного ила. Реально этот процесс никто и никак не контролирует. Теперь мы добрались до хлораторной. По логике проектировщика, хлором следует обеззараживать сточную воду, переливаемую из вторичных отстойников. Но, во-первых, не все бактерии хлорируются, во-вторых, проверяют концентрацию остаточного хлора, а не эффективность хлорирования, и, в-третьих, биохимической состав обеззараженной воды не проверяет никто и никак. Полноты обеззараживания воды никогда нет. Кроме того, хлор очень токсичное вещество и работать с ним очень опасно. Самое интересное, что хлорирование осуществляется периодически, а это уже совершенно недопустимо. В контактных резервуарах вода должна находиться под воздействием хлора не менее 30 минут. Реально это никто не контролирует. И, наконец, самое важное - аварийные сбросы. Там, где очистных сооружений вовсе нет, идет непрерывный аварийный сброс, там, где они есть, проложена труба в обход существующих сооружений, и аварийные сбросы наблюдаются довольно часто.

Все это приводит к тому, что в открытых водоемах каждое лето повышаются такие показатели, как БПК и ХПК. Эти два показателя косвенно характеризуют чистоту воды по химическому параметру (ХПК) и биологическому параметру. Зимой в нашем климате бактерии в открытых водоемах вымерзают. Поэтому экологической катастрофы в Тульской области еще не произошло. Но зимы становятся все более короткими и малоснежными. В результате глобального антропогенного воздействия меняется климат Земли. Если сказать проще, то грязная речка не замерзает, и рыба в ней не водится. Последняя международная конференция в Копенгагене доказала именно это. Но для большинства моих собеседников - конференция в Копенгагене, изменение климата Земли, где-то там, за экраном, далеко и не у нас. Когда на определенной территории люди останутся без питьевой воды, то с той или иной скоростью они вымрут. Плодородный слой почвы превратится в песок. По гипотезе академика Доллежаля рукотворный пояс пустынь - от Каракум до Сахары образовался на месте цветущих цивилизаций, что-то напутавших с водой, орошением и ее очисткой.

Для большинства читателей подобные научные рассуждения - не больше, чем страшная сказка. Но передо мной, реальная медицинская статистика по Тульской области за последний год. Заболевания, смертность, демографическая ситуация. По официальным данным профессора Ревича из Москвы, являющегося официальным правительственным экспертом в этой области, 43% причин всех негативных явлений демографической ситуации относится к экологическим проблемам.

В реальности это совокупность заболеваний и медленная, тихая незаметная смерть от этих самых болезней. Причем, сами люди, реально болеющие, и умирающие от этих болезней об этом не знают, им этого никто не сказал. Но даже если и скажут, то в существующей ситуации они все равно ничего не сделают. Не смогут.

Самый энергичный боевой офицер доказал в суде, что подача некачественной питьевой воды в дома туляков незаконна. Ему прислали технически ошибочный ответ, что допускается превышение концентрации солей жесткости по отношению к действующему стандарту в 10 раз. Попробую популярно объяснить, в чем ошибка. Если теоретически представить себе воду с общей жесткостью в 70 мг-экв/л, то это будет морская вода. Если такую воду взяться нагревать в газовой колонке, то при существующем диаметре змеевиков за 6 часов змеевик прогорит, и газ начнет поступать в помещение. Если природный газ, подаваемый в жилые дома, начнет поступать в жилые помещения, то неизбежен взрыв. Такие взрывы уже были.

В существующей практике эксплуатации газового хозяйства города Тулы превышение концентрации солей жесткости в 1,5 - 2 раза. При этом если устанавливают новую колонку, содержащую встроенный фильтр по воде (а таков Европейский стандарт), то фильтр вынимают (демонтируют) и колонка эксплуатируется уже без фильтра. В помещении Горгаза налажена промывка змеевиков, причем услуга платная и пусто там никогда не бывает. Это пока ничего не случилось. Ждем «Хромую лошадь». Тогда будем разбираться «Кто виноват?».

Надзор за эксплуатацией газового хозяйства должен осуществлять технический надзор. Но в том, что в газовых колонках греется питьевая вода с повышенной жесткостью, они не знают. Предприятие водоканала приватизировали. Но в квартиры поступает та же самая вода с повышенной жесткостью. По логике событий для обеспечения безопасного режима эксплуатации газовых колонок необходимо в каждой квартире, имеющей газовую колонку, на кухне под мойкой установить устройство умягчения и очистки воды, выпускаемое ООО НИФ «ПИНОТЕХ». Тогда будут соблюдены технические условия эксплуатации газовых колонок. Делать это следует за счет Управы города, так как потребитель не виноват в том, что ему подали жесткую воду, не отвечающую требованиям эксплуатации газовых колонок. Но никто эго никогда делать не будет, пока взрывы не приобретут массовый характер. Таких взрывов пока нет, за газовым хозяйством как-то следят, но угроза существует. Риск есть, и как эксперт я предупредил.

По действующему законодательству за экологическую обстановку на территории района отвечает Глава района, просто не все Главы районов об этом знают. Ибо если бы они об этом знали, мы бы не имели то, что мы имеем реально на территории Тульской области. Вся беда в том, что в бытность Германа Грефа министром промышленности были приняты законы, устанавливающие практическую независимость органов местного самоуправления. Например, каждый, кто живет в Ленинском районе, платит ежемесячно за очистку своих бытовых стоков порядка 500 рублей. Но очистки нет. Никакой нет, вовсе. Идея у Германа Оскаровича, может быть, была и хорошая, и состояла она в том, чтобы избавить глав районных администрации от излишнего административного давления, но практическое осуществление главами районных администраций экологической политики на территории Тульской области реально ведет к экологической катастрофе.

Да здравствует проблема, которую мы подняли!

Да здравствует биомасса, в которой мы все сидим!

Эксперт Международной Академии наук экологии, безопасности человека и природы (МАНЭБ) Г.М. Бейгельдруд