Накануне на ТК «ТелеТула» состоялся прямой эфир с исполнительным директором ассоциации фермерских хозяйств Тульской области Вячеславом Андрияновым. В ходе эфира он проанализировал ситуацию в  ООО ПХ «Лазаревское», где поголовье уничтожается из-за вируса африканской чумы свиней. 

 

Корр: Недавно в племенном хозяйстве «Лазаревское» от африканской чумы погибло около тысячи свиней, что вы думаете по этому поводу, как такое могло произойти?

 

В.А.: В Лазаревском ситуация катастрофическая просто для всей Тульской области, потому что Лазаревское – это одно из крупных свиноводческих хозяйств. Как хозяйство, он было исключительно образцовым, даже с точки зрения обеспечения мер безопасности. У этого хозяйства была самая высокая степень защиты – 4 степени от заболеваний. Произошло это, потому что по нашей стране гуляет безнаказанно африканская чума свиней разносчиком, которой является не домашние и фермерские свиньи, а дикий кабан, а  с этим диким кабаном никто ничего не хочет делать, он сам по себе гуляет, сегодня он здесь может появиться, завтра появится в другом месте. Появился в Калужской области, и сразу же возник очаг в Тульской соседней области, где завтра что появится никто не знает. Хотя с момента первых заболеваний прошло уже много лет (все началось в 2007 году) и только сейчас создана комиссия по противодействию.

 

 

Корр: Как передается африканская чума свиней?

 

А.В: Передается путем прямых контактов, если те кто держит свиней и допускает их выгул, то есть они пасутся где – то, например, в лесу и тут кабаны тут как тут. Такой случай был в Алексинском районе у нас, в одном фермерском хозяйстве 60 свиней вот так вот получили африканскую чуму, и потом вполне на вполне законных основаниях были уничтожены.

 

Корр: То есть болезнь передается воздушно - капельным путем?

 

В.А.:Дело в том, что этот вирус, как говорят специалисты, не боится ни холода, ни ветра, ничего, кроме высокой температуры. Обработка продукта прокуратурой. Не вреден для человека вирус, поэтому можно обработать мясо, которое заражено африканской чумой свиней  ничего человеку не будет, но дело в другом – нет средства, которое может вылечить зараженных свиней. Вакцины как таковой против АЧС нет. Ведутся они уже медленно международной кооперацией, и наши российские специалисты в этом участвуют, первые обнадеживающие результаты получены, но до того как это обретет реальные формы, мне кажется, пройдет еще много времени – это может быть и год и два и  три и десять, а может быть и двадцать лет. Имеют место случаи сокрытия, естественно, до тех пор, пока это скрыть уже невозможно, тогда уже и становится известно, тогда уже становится известно, что произошла беда.

 

Корр: Расскажите об опасностях заболевания?

 

В.А.: Этот вирус уже дошел до Литвы, уже есть в Белоруссии, а в Литва –это член Евросоюза, по правилам этого объединения, если в одной стране это присутствует, то мы имеем право игнорировать данную продукцию во всем  Евросоюзе. Я еще раз подчеркиваю, что убивать надо не домашних свиней, а разносчиков заболевания – диких кабанов. В Испании была эпидемия АЧС и страна 10 лет боролась с этой болезнью и победила. Не уничтожая вот –так вот, не глядя здоровых, уничтожали в первую очередь то что подверглось заражению и оказалось в очаге заражения. А то что находилось не далеко, там  усилились меры ветеринарного контроля, усиливались меры ветеринарной помощи, были созданы мобильные ветеринарные бригады, они буквально исколесили всю страну и таким образом удалось, не нарушая имущественные права граждан, не нарушая их право на частную собственность эту болезнь победить. У нас пытаются сделать, мягко говоря, по – другому, у нас нет достаточного правового  акта, который позволяет уничтожать здоровое поголовье, у нас это делается административным методом, есть некий приказ по ветеринарии, но подзаконный акт это не закон. Никто не может лишить человека собственности, кроме как суд. Российская ассоциация выступает за то, чтобы борьба с чумой велась не политическим, а ветеринарным методом. Когда выступают виновными мелкие и средние хозяйства, а крупным выдающимся – им ничего не грозит. Грозит или не грозит, показал пример ПХ «Лазаревского», потому что крупные хозяйства, у него уровень защиты от заболевания животных, оно более подвержено этим заболеваниям. Почему? Вы представьте себе маленькое хозяйство, где 2-3 или 10 поросят и представьте Лазаревское. Мне приходилось неоднократно там бывать, там только на свинокомлексе работает порядка 500 человек, а если взять всю цепочку, то там до тысячи человек. Представьте, какие там массы людские движутся – с работы, на работу. Там это проконтролировать практически невозможно. Стоит мошке проникнуть на территорию свинокомплекса, или птице клюнуть павшую свинью дикую или домашнюю и проникнуть на территорию свинокомлекса, произойдет заражение. Этот вирус имеет чрезвычайную проникаемость.

 

Корр: Рассматриваете ли вы вероятность того, что руководство вовремя не сообщило о возникновении болезни?

 

В.А.: Это вопрос не ко мне, это вопрос к следователю, я гадать на кофейной гуще не привык. Пусть тот, кто имеет право этот вопрос задает, а тот кто на эти вопросы отвечает, тот отвечает. Это не в моей компетенции. Я уже сказал, что надежной степени защиты нет не у малых, не у средних, не у крупных. Тем более пример Лазаревского показывает, что крупные хозяйства еще менее защищены, чем мелкие. Не случайно на Западе 90% свиноводческих хозяйств это – семейные, мелкие, средние. Что касается крупных - то во Франции средняя ферма получается около 1200 голов, нет таких крупных комплексов как у нас. Когда происходит такое событие в крупном хозяйстве, то это трагедия. Представляете, сколько людей лишилось там работы? Лазаревское потеряло свою экономическую основу для нормального существования. Просто людей будут вынуждены уволить. Уволены будут не только те, кто непосредственно работает на свинокомлексе, но и те кто участвует в производстве кормов, выращивании - в общем те, кто в этой цепочке состоит – это порядка 1000 человек.

 

Корр.: Каким образом будут уничтожать больных животных?

 

В.А.: Известен только один способ – сжигание. Их убивают, а потом сжигают. Сейчас нужно проявить жесткость к дикому кабану, об этом в один голос говорят специалисты, здесь никакого урона не будет, поскольку это очень быстро размножающиеся животные,  пока вирус не дошел до Урала и Сибири. То ,что уничтожат, будет можно восполнить – сделать реэмиграцию животных.

 

Корр.: Застрахованы ли обычно в хозяйствах животные?

 

В.А.: Большая часть наших сельскохозяйственных предприятий считает страхование большой роскошью. Страховка многим не доступна. Страхуются как правило те хозяйства, которые имеют возможность регулярно брать кредиты, потому что это одно из условий кредитования, т.к. нужен имущественный залог. Лазаревское, исходя их своих технических возможностей, могло себе это себе позволить, что и было сделано. Однако не факт, что данный случай будет признан страховым.

 

Корр.: Что, по вашему в одной мнению, дальше будет с этим хозяйством?

 

В.А.: Я думаю, как свиноводческое хозяйство оно уже прекратило существование. У них еще есть животноводство. Они могут оставаться крупными производителями зерна. База у них для этого хорошая. Однако, там есть большой кредитный оборот, поэтому очень сложно с точностью прогнозировать как будет развиваться хозяйство. Если построят какой –то мегакомплекс в Тульской области, а такая вероятность высока, Тульская область потеряет очень много, в том числе и туляки, прежде всего те, кто занимался свиноводством, чтобы поддержать свой личный бюджет.

 

 

Корр.: В правительстве уже неоднократно говорили о том, что зараженную продукцию будут компенсировать по рыночной цене, как вы думаете, будет ли это действительно так?

 В.А.: Нет, это не так. Те факты, которыми мы располагаем, и как это происходило в других регионах – нет. Есть основания полагать, что компенсация будет три тысячи за голову, а средняя рыночная цена маленького поросенка 8-10 тысяч рублей, свиноматка еще дороже. Это огромная нагрузка на бюджет Тульской области.