"По прошествии времени, это выглядит как спектакль. Так перевороты не делаются", - Николай Матвеев об августовском путче

21 год назад в стране произошел государственный переворот. 19 августа в стране начлся путч - попытка отстранения Михаила Горбачёва с поста президента СССР и смены проводимого им курса, предпринятая Государственным комитетом по чрезвычайному положению (ГКЧП) — группой консервативно настроенных деятелей из руководства ЦК КПСС, правительства СССР, армии и КГБ. Путч привел к радикальным изменениям политической ситуации в стране: окончательной утрате Коммунистической партией Советского Союза своей власти, относительному усилению власти региональных лидеров по сравнению с центральными властными структурами СССР и необратимому ускорению распада СССР, завершившемуся его ликвидацией в декабре того же года.

- По прошествии времени многие с иронией относятся к этим событиям, - комментирует политолог, участник путча в Туле Николай Матвеев. – Но все было серьезно. Предтечей этих событий была статья Нины Андреевой «Не могу поступиться принципами». Коммунисты испугались, что демократию сворачивают и стали готовиться к перевороту. Я начал прятать списки демократов, которых в Туле было 402. Начали готовиться противостоять происходящему, поднимать народ. 19 августа в Туле был митинг, занявший всю площадь Ленина, собравшиеся следили за событиями в Москве. Ночью стало ясно, что путч провалился, никто его не воспринял всерьез. Люди искренне боролись за демократию, но по прошествии времени, это выглядит как спектакль. Так перевороты не делаются.

Говоря о том, как развивались бы события, если бы путч состоялся, Николай Матвеев отмечает, что в таком случае затягивалась бы стагнация, была бы «убита инициатива». Но развивалось бы машиностроение, сельское хозяйство и производство в целом. Если бы в ГКЧП были серьезные люди, то его победа сказалась бы положительно.

По результатам правления нынешней власти Николай Матвеев перспектив не видит. Прибыль от сырьевого производства уходит на Запад. Страна продает газ, но и ее жители за него платят. И если, СССР воспринималась как сверхдержава, отмечает политолог, то Российская Федерация уже так не воспринимается.