Сергей Худяков: Мы не собирались для обсуждения выдачи кредитов

В ходе судебного заседания по рассмотрению громкого дела в отношении банка «Первый экспресс» подсудимый Сергей Худяков приобщил к материалам дела оригинал заключения о наличии или отсутствии признаков преднамеренного банкротства компании «Центрегионстрой».

Согласно заключению эксперта, признаки преднамеренного банкротства отсутствуют. Защитники подсудимых поддержали ходатайство, прокурор не возражает.

Для подтверждения своего алиби, когда происходила выдача 49 кредитов, он просит приложить к материалам уголовного дела копии загранпаспортов с отметками о пересечении границы РФ.

Вопрос защиты:

-  Вы затронули в допросе вопрос ущерба, причиненного банку. Каким образом, по вашему мнению, можно доказать сумму причиненного ущерба?

- Мое мнение не отличается от мнения специалистов ЦБ. Ущерб, причиненный банку, должен подсчитываться, как сумма имеющейся задолженности за вычетом стоимости заложенного имущества по оценке на сегодняшний день. После этого должна рассчитываться ссудная задолженность с учетом стоимости активов компании. Если итог будет положительный, значительного ущерба нет. По моему мнению, здесь нужно проводить независимую финансовую экспертизу. Потому что та же компания АСВ все же заинтересованная сторона. Я просил бы, чтобы это делала РКЦ УМВД по Тульской области, в которой имеются превосходные специалисты.

- Какое значение вы придаете факту регистрации залога?

-  Когда я начал знакомиться с материалами дела и обнаружил, что само АСВ обнаружило в залоге 400 объектов недвижимого имущества. Когда договор залога зарегистрирован, это имущество все равно, что арестовано.

- Куда же делось имущество банка на сумму 5,6 млрд руб, которое следствие считает похищенным?

- Вопрос, где деньги, преследует меня с начала следствия. Сначала мне инкриминировалась сумма в 540 млн. Но потом, видно, высокое начальство решило, что это маловато, и сумму изменили на 5,6 млрд руб. Из материалов дела я понял, что никто не искал имущество, 6,4 млрд были в залоге. При расчете ущерба следствие использовало разные методики и сами производили оценку. Они делали рыночную оценку и сами еще ее и уменьшили. 5,5 мрд следствие арестовало и больше никто ничего не искал. То есть, имущество, которое следствие считает похищенным и есть в залоге. Это оно и есть.

Знакомясь с материалами дела я понимаю, что часть средств была затрачена на приобретение имущества, часть на капитализацию имущества. Я сужу только из материалов дела. Приобреталось различное имущество, проводились мероприятия для повышения его стоимости. Я не анализировал балансы заемщиков. Но у них же есть и другие активы. У них были какие-то финансовые вложения, это тоже необходимо учесть. Из того, что я вижу в материалах дела, деньги банка находятся в его имуществе.

- Вы говорили, что в материалах уголовного дела ущерб не определен. С чего вы это взяли?

- Даже если следователи и посчитали, мы не знаем, как это было посчитано. Просто 5,6 млрд. Хотя там все очень сложно, проценты погашались, кредиты погашались... и следователь, когда рассчитывал эту цифру, написал, что он опирался на акт документальной проверки. Потом была команда еще посчитать. И если раньше что-то было про залоги, то сейчас все специалисты просто посчитали ущерб 5,6 млрд, про залоги быстренько забыли. Но мы то должны принять какое-то участие в этом расчете.

Поэтому я и говорю, что расчета нет. Нет экспертного заключения, следователь что-то как-то посчитал. Поэтому я до сих пор считаю, что надо проводить нормальную экспертизу, для того эксперты и существуют.

- Вы все время нам говорили, что сокрытие денег произошло раньше, чем произошло само хищение.

- Я просто, знакомясь с материалами уголовного дела, стал подробно изучать процесс кредитования, он осуществляется по строгому порядку.

Тогда как в материалах следствия он изображен шиворот-навыворот. Не подпишешь распоряжение по выдаче кредита без проведения определенной строгой процедуры. То есть, то, что написано в материалах. Выдавать кредиты так, как указано в материалах уголовного дела, невозможно, даже если ты супервор.

Потом я стал сличать даты выдачи кредитов и даты решений об их выдаче, которые мы, подсудимые, якобы принимали, и тоже обнаружил, что здесь все шиворот-навыворот, колесо бежит впереди велосипеда. Сначала выдан кредит, а потом мы якобы принимали решение о его выдаче.

- Насколько вы были тесно знакомы с подсудимыми?

- Я даже не знаю, где Федичев живет. У него и Воробьевой я ни разу не был дома. К Томенчуку как-то заезжали в гости. Это было бог знает когда. Мы ни разу не ездили вместе в отпуск, ни разу вместе не отдыхали. Откуда взялась тесная сплоченность, которую нам инкриминирует следствие, я  не знаю.

- Мог ли Федичев при таком порядке выдачи кредитов, о котором вы говорили, из 5,6 млрд что-то получить лично? Была ли для этого у реальная возможность при той должности, которую он занимал в банке?

- Мне о такой возможности ничего не известно. Какое отношение имеет Федичев к синей птице? Такое же, как и я. Назначили его виноватым, вот и все.

-  Вы вчетвером собирались на территории банка или за его пределами для того, чтобы обсудить возможности выдачи кредитов аффилированным или другим лицам?

-  Я вообще не помню, чтобы мы собирались, если только случайно с кем-то из подсудимых в дверях сталкивались, а уж чтобы собираться для обсуждения выдачи кредитов, и подавно этого не было.