В Алексине откроют памятник тульскому конструктору-оружейнику Игорю Стечкину

20 декабря в 11:00 в парке отдыха «Химик» (г. Алексин) состоится торжественная церемония открытия памятника Заслуженному конструктору Российской Федерации Игорю Яковлевичу Стечкину.
В церемонии примут участие руководители оборонной отрасли России, члены Военно-промышленной комиссии, руководство Тульской области, а также жители Алексина, по инициативе которых было принято решение об увековечивании памяти их выдающегося соотечественника.

Это сообщение появилось на Фейсбуке на страничке Алексея Рогозина.

Как подробно рассказывает о жизни Игоря Яковлевича Стечкина сайт «Тульские бренды», родился знаменитый конструктор стрелкового оружия 15 ноября 1922 года в городе Алексине Тульской области. В 1935 г. с семьей переехал в г. Тулу. По окончании школы в 1941 г. стал студентом Тульского механического института, в 1948 году блестяще защитил диплом на тему «Самозарядный пистолет калибра 7.65 мм». Консультантом дипломника был сам Н. Ф. Макаров. По окончании института Стечкин был в мае 1948 года зачислен на должность инженера в ЦКБ-14, где занимались разработкой стрелкового оружия. 

Первым заданием Игоря Яковлевича была разработка 9-мм пистолета, позволяющего вести одиночную и автоматическую стрельбу и имеющего магазин большой емкости.

С 24 января 1948 г. по 14 января 1949 г. первый опытный образец этого оружия уже проходил заводские испытания. И в целом испытания прошли хорошо. В сравнении с представленными образцами оружия других конструкторов пистолет Стечкина больше всего соответствовал предъявленным требованиям. 

Однако комиссия выявила ряд недостатков в изделии молодого инженера. По этим замечаниям Стечкиным в течение года была проведена переработка конструкции пистолета и кобуры.

После устранения отмеченных недостатков было принято решение изготовить большую партию пистолетов для проведения войсковых испытаний в различных климатических условиях. Испытания прошли успешно, и в 1951 г. было принято решение о принятии пистолета на вооружение Советской Армии с присвоением ему наименования АПС (Автоматический Пистолет Стечкина). 

АПС предназначался для вооружения офицеров, принимающих непосредственное участие в боевых действиях, расчётов артиллерийских орудий, экипажей танков и боевых машин, первых номеров расчётов станковых пулемётов и гранатомётов, офицеров ВМФ и погранвойск КГБ, а также других категорий военнослужащих, для которых было необходимо компактное оружие с высокой огневой мощью. То есть, пистолет Стечкина фактически стал в некотором роде аналогом распространенной на сегодняшний день концепции PDW - личного оружия самообороны. На западе аналогов АПС не существовало на протяжении всех 50-60х годов XX в. 

До последних дней своей жизни, работая в ГУП «КБП» и ЦКИБ СОО, Игорь Яковлевич принимал непосредственное участие в разработке более 60 образцов оружия: противотанкового комплекса «Фагот», автоматов «Модерн» и «Абакан», револьверов ОЦ-01 «Кобальт», пистолетов ОЦ-23 «Дротик», ОЦ-27 «Бердыш», ОЦ-33 «Пернач» и др. Уже после его смерти, в 2002 году на вооружение ВС России был принят «7,62-мм револьвер специальный ОЦ-38». 

И. Я. Стечкин за многолетний труд награжден орденами Трудового Красного Знамени, «Знак Почета», медалями «За трудовое отличие», «За добросовестный труд в Великой Отечественной войне», почетным знаком Тулы «За заслуги перед городом». Он лауреат Государственной премии СССР и премии им. С. И. Мосина. Последней наградой выдающемуся конструктору было присуждение ему в 1992 году Президентом РФ звания «Заслуженный конструктор России».

На Фейсбуке приводятся высказывания знаменитого тульского оружейника. 

МО­Е­ГО ДЯ­ДЮ, АКА­ДЕ­МИ­КА Бо­ри­са Стеч­ки­на, ра­бо­тав­ше­го с Ко­ро­ле­вым, как-то оста­но­вил по­сто­вой — пра­ва про­ве­рить — и го­во­рит: «Боль­шое спа­си­бо, то­ва­рищ ака­де­мик, вам за пи­сто­лет».
ГО­ВО­РЯТ, сра­зу по­сле ро­жде­ния ме­ня по­ло­жи­ли пе­ле­нать на тум­боч­ку, в ко­то­рой хра­нил­ся от­цов­ский ре­воль­вер. Воз­мож­но, это и по­вли­я­ло на вы­бор про­фес­сии.
Я ОЧЕНЬ ТЕР­ПЕ­ЛИ­ВЫЙ. В дет­стве ня­ня слу­чай­но при­стег­ну­ла бу­лав­кой чу­лок пря­мо к те­лу, и так я и хо­дил ка­кое-то вре­мя.
МОЙ ОТЕЦ был за­ме­ча­тель­ным хи­рур­гом. Я и сам про­яв­лял ин­те­рес к ме­ди­ци­не, но ору­жие влек­ло ме­ня боль­ше. Мо­ей лю­би­мой иг­руш­кой был ста­рень­кий крем­не­вый пи­сто­лет, с ко­то­рым я мог во­зить­ся ча­са­ми. Отец на это го­во­рил: «Что ж, луч­ше быть хо­ро­шим ин­же­не­ром, чем пло­хим вра­чом».
СТА­ВИТЬ СЕ­БЯ ВЫ­ШЕ ДРУ­ГИХ я се­бе ни­ко­гда не поз­во­лял.
В ДЕТ­СТВЕ Я ВСЕ­ГДА НО­СИЛ С СО­БОЙ КИН­ЖАЛ, ко­то­рый сам и сде­лал. И если бы не удер­жал ме­ня си­лой то­ва­рищ, то за­по­рол бы им од­но­го. В шко­ле я влю­бил­ся — в свою бу­ду­щую же­ну. Мне ска­за­ли, что моя лю­бовь встре­ча­ет­ся с пар­нем, а это­го я по­тер­петь не мог, хо­тя мы с ней еще да­же зна­ко­мы не бы­ли. Но я уже знал, как ее зо­вут, где она жи­вет, и под ок­на­ми уже про­ста­и­вал ча­са­ми. По­шел я про­ве­рить это, так ска­зать, со­об­ще­ние. Уви­дел их в скве­ри­ке. Ру­ка са­ма по­тя­ну­лась за па­зу­ху. А при­я­тель мой сра­зу со­об­ра­зил, в чем де­ло, и уго­во­рил по­о­стыть. А по­том вы­яс­ни­лось, что слух этот был обыч­ным на­го­во­ром.
Я ИЗ ОД­НО­ЛЮ­БОВ: од­на же­на, од­на ра­бо­та, од­на квар­ти­ра, один ав­то­мо­биль. У ме­ня есть ка­ран­даш, ко­то­рый со мной уже сто лет.
У ХО­РО­ШЕ­ГО КОН­СТРУК­ТО­РА да­же ка­ран­да­ши все­гда остро от­то­че­ны.
ТВОИ ДРУ­ЗЬЯ — ЭТО НЕ ЛЮ­ДИ С ОСО­БЫ­МИ ТА­ЛАН­ТА­МИ И КА­ЧЕ­СТВА­МИ, и тем бо­лее это не по­лез­ные и нуж­ные лю­ди. Это про­сто твои дру­зья.
БАН­ДИ­ТЫ ПРЕД­ПО­ЧИ­ТА­ЮТ ТТ, сде­лан­ный в Ки­тае: один раз вы­стре­лил и вы­бро­сил. А вот че­чен­цы дей­стви­тель­но зна­ют толк в ору­жии. Го­во­рят, в на­ча­ле де­вя­но­стых за мой пи­сто­лет там да­ва­ли «Жи­гу­ли».
Я ЛЮ­БЛЮ ОРУ­ЖИЕ, при­ят­ное для че­ло­ве­ка, рас­по­ла­га­ю­щее к се­бе, до­ве­ри­тель­ное. Важ­на эф­фек­тив­ность, на­деж­ность, про­сто­та в про­из­вод­стве, и все-та­ки я все­гда на­чи­наю с внеш­не­го ви­да.
ПО МНЕ, ЧЕМ ТЫ НЕ­ЗА­МЕТ­НЕЕ, ТЕМ ЛУЧ­ШЕ — мень­ше хло­пот.
НА ЗА­ЩИ­ТЕ я пред­ста­вил ГЭК (го­су­дар­ствен­ной эк­за­ме­на­ци­он­ной ко­мис­сии. — Esquire) чер­те­жи пи­сто­ле­та, ко­то­рый по мно­гим па­ра­мет­рам от­ли­чал­ся от ра­нее из­вест­ных. Один из чле­нов ко­мис­сии, гля­дя в чер­те­жи, за­явил, что мо­дель нера­бо­чая и стре­лять не бу­дет. «Не бу­дет?» — пе­ре­спро­сил я, до­стал мо­дель, ко­то­рую пре­ду­смот­ри­тель­но за­хва­тил с со­бой, и стрельнул в по­то­лок. За ди­плом я, кста­ти, «от­лич­но» по­лу­чил.
ПЛО­ХО СДЕ­ЛАН­НАЯ ВЕЩЬ у ме­ня все­гда вы­зы­ва­ла про­тест.
Я РАЗ­РА­БА­ТЫ­ВАЛ ШПИ­ОН­СКИЙ ПИ­СТО­ЛЕТ по за­ка­зу спец­служб. Для не­го изоб­рел спе­ци­аль­ный па­трон, ко­то­рый во вре­мя вы­стре­ла не про­из­во­дит ни шу­ма, ни пла­ме­ни, ни ды­ма. Во вре­мя ис­пы­та­ния пи­сто­ле­та в ма­стер­ской мы вы­стре­ли­ли в сте­ну, и толь­ко по­том по­ня­ли, что на обрат­ной сто­ро­не ви­сит пор­трет Ста­ли­на. В пя­ти­де­ся­тые го­ды по­доб­ные ак­ции не по­ощря­лись. По­бе­жа­ли смот­реть, но пу­ля про­шла в не­сколь­ких сан­ти­мет­рах от пор­тре­та — обо­шлось.
Я К ОРУ­ЖИЮ ОТ­НО­ШУСЬ КАК К РЕ­БЕН­КУ. Его вы­хо­дить на­до.
НА­ДО СТА­РАТЬ­СЯ по всем во­про­сам иметь соб­ствен­ную осмыс­лен­ную точ­ку зре­ния. Это поз­во­ля­ет по­ни­мать и ува­жать чу­жие взгля­ды.
ДУ­МАТЬ И РАЗ­МЫШ­ЛЯТЬ — это не од­но и то же.
НЕ ЛЮ­БЛЮ ПО­ЛИ­ТИ­КУ и не раз­би­ра­юсь в ней. Как-то в Ту­лу при­ез­жал Чер­но­мыр­дин. И на­ши ору­жей­ни­ки ре­ши­ли по­да­рить ему «Ко­бальт» (пи­сто­лет, раз­ра­бо­тан­ный Стеч­ки­ным сов­мест­но с кон­струк­то­ром Ав­ра­амо­вым. — Esquire). Мне по­ру­чи­ли вру­чить его го­стю. За день до это­го я за­шел к бра­ту и меж­ду де­лом спро­сил, кто же та­кой Чер­но­мыр­дин. Это был един­ствен­ный раз, ко­гда я встре­чал­ся с по­ли­ти­че­ски­ми де­я­те­ля­ми.
АПС (ав­то­ма­ти­че­ский пи­сто­лет Стеч­ки­на. — Esquire) — это как пер­вая лю­бовь. Я по­том удив­лял­ся, от­ку­да я брал то­гда си­лы и уме­ния. Фи­дель Ка­стро дер­жал его под по­душ­кой, Руц­кой счи­тал его наи­бо­лее под­хо­дя­щим ору­жи­ем. А где и кто еще ис­поль­зо­вал его, я уже не знаю.
ДОЛЖ­НЫ ЖЕ НА­КО­НЕЦ СЛО­ЖИТЬ­СЯ НОР­МАЛЬ­НЫЕ ОТ­НО­ШЕ­НИЯ меж­ду че­ло­ве­ком и го­су­дар­ством.
КОМ­ПЬЮ­ТЕ­РА­МИ Я НЕ ПОЛЬ­ЗУ­ЮСЬ. Ма­ши­на идей не со­зда­ет. Она — как мя­со­руб­ка: что в нее за­пих­нешь, то из нее и вый­дет.
В ПОЛ­НОЙ МЕ­РЕ НЕ МО­ГУ СКА­ЗАТЬ, ЧТО Я ВЕ­РУ­Ю­ЩИЙ, но счи­таю, что есть си­лы, ко­то­рые мож­но на­звать бо­же­ствен­ны­ми и ко­то­рым под­чи­ня­ет­ся все жи­вое. Но по­ка че­ло­ве­че­ство не спо­соб­но их по­стичь, не­об­хо­ди­мы со­вер­шен­ные зна­ния.
МОИ РО­ДИ­ТЕ­ЛИ не от­ли­ча­лись боль­шой ре­ли­ги­оз­но­стью. Лишь пе­ред сном ма­ма кре­сти­ла нас и пус­ка­ла под по­душ­ку ан­ге­лов.
Я ТУТ ЗА­ПИ­САЛ СЕ­БЕ ДЕ­СЯТЬ КАС­СЕТ БЛАТ­НЫХ ПЕ­СЕН — тех, ко­то­рые по­мнил из дет­ства. «На­ша га­вань» — моя лю­би­мая.
КО­ГДА МЫ ЖИ­ЛИ В АЛЕК­СИ­НЕ, я ма­стерил под­жиг­ные пи­сто­ле­ты — под­жи­гал­ки. Под­жи­гал­ка — это не иг­руш­ка, а на­сто­я­щее ору­жие, из ко­то­ро­го мож­но убить. Бра­лась ме­тал­ли­че­ская труб­ка, один ко­нец за­глу­шал­ся, че­рез дру­гой за­би­вал­ся за­ряд. Вы­стру­ги­ва­лась ру­ко­ят­ка, к ко­то­рой кре­пи­лась труб­ка. У за­глу­шен­но­го кон­ца про­пи­ли­ва­лась не­боль­шая щель. К ней при­кла­ды­ва­ли го­лов­ку спич­ки и чир­ка­ли спи­чеч­ной ко­роб­кой. Гре­мел вы­стрел. Я ре­шил усо­вер­шен­ство­вать это ору­жие и ис­поль­зо­вал вме­сто спич­ки бу­маж­ный пи­стон для пу­га­ча. Пи­стон раз­би­вал­ся спе­ци­аль­ной ско­бой на пру­жи­не. Ско­ба от­тя­ги­ва­лась, по­том от­пус­ка­лась и би­ла по пи­сто­ну. Свое из­де­лие я ре­шил ис­пы­тать, но за­глуш­ку вы­рва­ло. Хо­ро­шо, что не по­па­ла в глаз, а лишь слег­ка рас­сек­ла ухо.
ВЕДЬ И МО­ЛОТ­КОМ МОЖ­НО ГВОЗ­ДИ ЗА­БИ­ВАТЬ, а мож­но и го­ло­ву про­ломить.
НЕ ГРО­ЗИ ТЕМ, что не сде­ла­ешь.
НЕ­КРА­СИ­ВОЕ ОРУ­ЖИЕ не стре­ля­ет.