Имя осужденного военачальника может стать названием тульской улицы

Тульская комиссия по исторической памяти и городской топонимике рассмотрела вопрос о присвоении новой улице в районе Калужского шоссе имени бывшего командующего 50-й армией А.Н. Ермакова.  

Аркадий Николаевич Ермаков родился 22 сентября 1899 года в Мценске Орловской губернии. В рядах Красной Армии – с 1918 года.

13 октября 1941 года генерал-майор А. Н. Ермаков был назначен командующим 50-й армией Западного фронта, остатки которой выходили из окружения в ходе неудачной для советских войск Орловско-Брянской операции.

Из воспоминаний председателя Тульского городского комитета обороны В.Г. Жаворонкова:

«Вечером 20 ноября мне стало известно, что командующий 50-й армией А.Н. Ермаков вместе со штабом собирается покинуть Медвенку и переместиться в Венев — 50 км северо-восточнее Тулы. Взяв с собой членов тульского городского Комитета Обороны Н.И. Чмутова, В.Н. Суходольского, я поспешил застать Ермакова на прежнем месте. Нам это удалось. Ермаков сразу начал с того, что они, то есть командующий и штаб армии, уезжают в Венев и что партийному и советскому руководству города Тулы надо тоже выезжать из города вместе с командованием. Он, вероятно, оценивал наш визит по-своему и ждал, дескать, мы приехали к нему искать спасения.

— Защищать город Тулу нечем, нет сил, которыми можно было бы отстаивать город, — сказал Ермаков, не смущаясь. Говорил он и о том, что нельзя по военным законам защищать город, лежащий в низине.

Я ответил, что это совершенно неправильное мнение, что городской Комитет обороны категорически отвергает это предложение.

— Уже 22 дня идут непрерывные атаки немцев на город, но врагу в город прорваться нигде не удалось! Оборона города стала более стойкой и упорной, войска очень многому научились и ведут себя в боях мужественно, не уступая врагу ни одного рубежа. Ставка все время подкрепляет оборону, направляет пополнения живой силы и боевой техники. У командования армии нет никаких оснований уходить из Тулы.

Разговор был острый и очень напряженный. И мне не просто было определить, то ли здесь имеет место измена, то ли проявляется трусость или полное непонимание обстановки, а как известно на деле, трусость всегда идет рядом с изменой и предательством. Мы отвергли предложение Ермакова об уходе штаба и командования из города, требовали этого не делать и заявили, что партийное и советское руководство города и области Тулу не оставит, никуда не поедет и сдавать врагу город не будет!

Несмотря на весьма категорические разговоры и острое обсуждение этого коренного вопроса обороны Тулы, командующий армией и штаб уехали из Медвенки той же ночью в город Венев. Мы вернулись в Тулу. Попытались связаться с комфронта Г.К. Жуковым. Не удалось. А время не ждет. Тогда в ночь на 21-е ноября Городской комитет обороны дал в ГКО лично Сталину телеграмму:

«Командование 50-й армии не обеспечивает руководства разгромом немецко-фашистских людоедов на подступах к Москве и при обороне Тулы. Поведение военного командования может быть характеризовано как трусливое, по меньшей мере. Просим ГКО, Вас, товарищ Сталин, укрепить военное руководство 50-й армии. В.Г. Жаворонков, Н.И. Чмутов, В.Н. Суходольский».

21 ноября во второй половине дня мне позвонил член ГКО Г.М. Маленков и сообщил: «Ваша телеграмма товарищем Сталиным рассмотрена, просьба Ваша удовлетворена, к Вам завтра приедет новый товарищ, фамилию не сообщаю по понятным причинам».

***

Впоследствии, через много лет после войны, по документам архива Министерства обороны стало известно и о телеграмме, посланной Жуковым в Ставку:

«Товарищу Сталину.

В 22 часа 22-11-41 г. Командарм 50 тов. Болдин доложил, что Сталиногорск 2-й и ст. Узловая нашими войсками оставлены и заняты противником. Считаем виновными в сдаче Сталиногорска 2-го бывшего Командарма 50 Ермакова. […] Все обстоятельства сдачи Сталиногорска и степень виновности отдельных лиц нами расследуются.

П/п Жуков, Булганин.

23 ноября 1941 года».

А.Н. Ермаков был снят с поста командующего 50-й армией. 22 ноября он сдал дела И.В. Болдину и уехал в Москву. После расследования обстоятельств сдачи Сталиногорска Ермаков был отдан под суд Военного Трибунала и осужден на пять лет лагерей. Опала продлилась недолго. Уже в январе Президиум Верховного Совета СССР освободил генерала от наказания, восстановил награды и, понизив в звании, отправил на фронт. В 1944 году Ермаков получил звание генерал-лейтенанта.

После войны А.Н. Ермаков несколько лет был старшим военным советником командующего Восточно-китайского военного округа.  Умер 25 октября 1957 года, похоронен в Москве на Новодевичьем кладбище.

В 2007 году начальник Тульского учебного центра УВД подполковник милиции Ю. В. Апарин добился прекращения уголовного дела за отсутствием состава преступления и посмертной реабилитации А. Н. Ермакова. Барельеф с изображением бывшего командующего 50-й армией стал частью мемориального комплекса «Защитникам города-героя Тулы в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 гг.» на Московском вокзале.

Почетный гражданин Тулы, генерал-майор ФСБ в запасе Владимир Петрович Лебедев категорически с этим не согласен. В книге «Победители», посвященной 70-летию героической обороны города-героя Тулы, он пишет:

«Очень жаль, что некоторые чиновники, имея смутное представление об истории обороны Тулы, разными способами тиражируют свои и чужие заблуждения. Дивизии 50-й армии, вышедшие из окружения, были численностью от 200 до 1500 человек (от роты до полка) и почти не имели артиллерии. Поэтому в первые дни битвы за Тулу они играли вспомогательную роль. Стержнем обороны были 156 полк 69 бригады войск НКВД и Тульский рабочий полк. Надо бережно относиться к памяти наших отцов и дедов. Мы никогда не согласимся с такими авторами, которые за «момент истины» считают дневниковые записи младших офицеров 50-й армии».

На заседании городской комиссии по исторической памяти и топонимике В.П. Лебедев выступил против увековечивания имени А.Н. Ермакова в названии улицы. В итоге, было принято решение дополнительно изучить материалы по данному вопросу.