Свадьба в СССР – это особое торжество. Еще помнились старые русские традиции. А кто совсем стал городской, тем об этом напоминала многочисленная деревенская родня, прибывавшая в город, чтобы порадоваться за молодых. Сплав старого и нового давал удивительный праздник, который запоминался навсегда.

Первая часть здесь.

Предпраздничная суета позади. Кто-то даже успел накануне свадьбы отметить мальчишник или девичник – но без размаха, ведь главное было впереди. И вот, наконец, наступал день бракосочетания.

Сколько стоит невеста

Праздничное утро у невесты начиналось с похода в парикмахерскую. Лучшие такие заведения Тулы в советские времена – салон-парикмахерская на первом этаже шестнадцатиэтажки на Красноармейском, где работал один из самых известных женских мастеров города В. Хлынин и салон в Доме быта но Колетвинова, где над дамскими прическами колдовал Владимир Зорин. На то, чтобы сделать прическу, записывались, конечно, заранее, так что у мастера обходилось без ожидания в очереди.

За несколько часов до начала церемонии бракосочетания к дому жениха подъезжали машины. Жених садился вместе со свидетелем и кем-то из гостей, и вместе ехали за невестой. Дома оставались родственники с обеих сторон, усиленно готовившие свадебный стол – при условии, конечно, что свадьба проходила в доме жениха.

Хорошим стилем было заказать для свадьбы «Волгу» с двумя перекрещенными обручальными кольцами на крыше – это можно было сделать в загсе; или арендовать такси. Все остальные машины сопровождения – из числа тех, которые имелись у друзей и родственников.

Невесту, понятное дело, так просто не отдавали. Ее надо было выкупить у разбитных подруг, а иногда и соседей. Выкупал не жених, а свидетель, и не всегда это обходилось бюджетно. Впрочем, иногда брали и бартером – шампанским или конфетами. Как договоришься.

(фото: Выкуп невесты. 1980-е)

Все это настраивало на праздничный и озорной лад, приносило особый настрой во все происходящее. Всем становилось понятно, что дальше будет еще веселее.

И вот, наконец, будущие молодые выходили из подъезда и садились в машины. Невеста – с букетом гладиолусов в руках. Гладиолусы были главными советскими свадебными цветами, а не какие-нибудь там розы. Ехали пока еще отдельно друг от друга. Жених в первой машине, невеста – следом за ним. Навстречу самому главному шагу в своей жизни.

В 1982 году корреспондент «Молодого коммунара» опросил собиравшиеся вступать в брак пары о том, что они считают самым трудным в предстоящей семейной жизни. 8 из 20 ответили, что воспитание детей. Пятеро назвали жилищные условия. Трое – взаимоотношения с родителями. Один – работу в разные смены. Еще один – создание в семье спокойной атмосферы. Один – материальные трудности, связанные с учебой. Один из опрошенных вообще не нашелся что сказать.

Дворцы и забегаловки

Долгое время стать мужем и женой в СССР можно было быстро. Наиболее наглядно это показано в фильме «Когда деревья были большими». Разбудили

ночью председателя, пошли в сельсовет, и он поставил штампушки в паспорта: поздравляю, живите счастливо!

В Туле это было примерно также. Причем, настолько стремительно, что гостей на свадьбу могли пригласить раньше посещения загса: были уверены, что распишут быстро. Иногда случались казусы. Гостей пригласили на субботу, а в загсе сказали, что на этот день уже все время занято. Ну не отменять же застолье из-за такой ерунды. Свадьбу в итоге играли как запланировано, а в загс расписываться шли позже – например, в понедельник. Это не выдумки, так правда было.

Вообще к процессу рождения новой семьи в стране долгое время относились достаточно наплевательски. К примеру, тульское городское бюро загс долгое время находилось в доме с колоннами на проспекте Ленина (тогда – улице Коммунаров) рядом с нынешней филармонией. Дом, может, и исторический. Неплохой снаружи – но внутри обычное казенное убожество. Загсу принадлежало всего лишь несколько комнаток на втором этаже, до которых еще дойти.

На первом этаже ближайшая дверь вела в учебную часть УПО УВД, то бишь к пожарным. Самая, конечно, подходящая организация для такого момента. Первое, что видели молодожены, поднявшись по ступенькам на второй этаж – табличку «Посторонним вход воспрещен». Затем надо было повернуть по коридору направо, и тут уже была приемная загса. Но это еще было не все. Дальше посетителей как в сказке встречали три двери. Направо пойдешь – в отдел рождения попадешь, налево пойдешь – в отдел регистрации смерти попадешь, ну а если прямо – именно там и распишут. Поскольку в назначенное время расписывать всех не успевали, ждать иногда приходилось по часу, а то и больше, так что люди, собравшиеся на столь торжественную церемонию, успевали изучить все – и где записывают младенцев, и где выдают свидетельства о смерти.

Само место тоже не радовало особой атмосферой: потолок приемной покрыт желтыми пятнами, холодно и мрачно. Даже пейзажи русских художников не делали атмосферу приветливее. Освещение плохое. Везде на стенах казенные таблички: «Не курить!», «Соблюдать чистоту!». Никакой раздевалки для гостей не было предусмотрено. В зале для росписи хоть и уютнее, но тоже холодно. Настолько, что регистратор кутается в платок и греется возле рефлектора. Можно только догадываться, что в этот момент чувствовали невесты, оставшись в одном платье.

Убогая обстановка одного из самых сокровенных в жизни человека обрядов, конечно, сильно проигрывала венчанию в церкви. В разгар очередной антирелигиозной компании, которая началась с конца пятидесятых годов, было недопустимо, чтобы свадьба в церкви казалась привлекательнее государственной. Приходилось меняться. В 1959 году в Ленинграде открылся первый в СССР Дворец бракосочетаний. По видимому, отмашку после этого дали всем, поскольку уже через несколько лет новый загс в первом этаже дома на проспекте Ленина заработал и в Туле. В 1964 году во время росписи появились свидетели, скреплявшие своими подписями новый союз, а также установили время на раздумывание после подачи заявления.

Если молодые и хотели дополнительно обвенчаться в церкви, хотя это и не поощрялось, и обо всех венчавшихся необходимо было ставить в известность светские власти, это практически никогда не делалось в один день. Как правило, венчание следовало через некоторое время после государственного бракосочетания. Но венчались очень немногие – государство это не одобряло, а у комсомольцев и коммунистов могли возникнуть нешуточные проблемы по этому поводу.

Новое помещение впрочем также постоянно критиковали. Прежде всего за тесноту. «Я узнал, что за день регистрируются примерно пятьдесят пар, – писал один из читателей в газету «Молодой коммунар» в 1980 году. – С каждой приходят гости – в среднем по десять человек. Три пары – уже тридцать. Где размещаться? В коридоре? Создается очередь – явление совершенно недопустимое для загса. Чтобы избавиться от нее, ведущей приходится сокращать время ритуала».

В конце семидесятых в ритуальном зале появился инструментальный ансамбль, который можно было заказать за дополнительную плату: две скрипки, виолончель, фортепиано. Коронный их номер – само собой марш Мендельсона. На столе поздравляющего появились живые цветы, это тоже было новшество. В дни бракосочетаний их привозили из теплиц «Зеленстроя». По желанию можно было заказать памятные медали.

(фото: Снимок на фоне символических свадебных колец. Фото Виталия Маслова из газеты "Молодой коммунар")

Впрочем, типичные советские недочеты все равно оставались – типа облупившегося местами потолка или непокрашенного участка надставленной трубы в ритуальном зале. Однако неприхотливому советскому человеку они не так уж и мылили глаз. Сказано же: дворец. Значит, дворец.

В 1979 году по инициативе работников загса и областного дома санитарного просвещения начал работу кабинет семейных отношений для молодоженов. Хотели еще ввести в штатное расписание психолога для работы с молодежью, но на это разрешения не дали.

В 1981 году, кстати, в Туле вступили в брак 9 460 человек.

В 1988 году молодежной секцией Тульского отделения Союза архитекторов РСФСР был объявлен конкурс «Чей дворец лучше» на разработку концепции здания Дворца бракосочетания в Туле. Поскольку конкурс проводили на принципах хозрасчета, каждый участник вносил определенную сумму. Из этих денег были сформированы премии победителям.

Обладателем первой премии стал архитектор сектора МЖК института «Тульскгражданпроект» Андрей Клепанов. Второй – архитектор комплексной мастерской №2 института «Тульскгражданпроект» Александр Шевчук. Обладателем третьей премии стал архитектор сектора МЖК того же института Сергей Головченко. Где-то, наверное, их проекты пылятся до сих пор в каких-то архивах. Возможно даже интересные и сегодня. Ведь на конкурсе рассматривались чуть ли не впервые в Туле именно концептуальные идеи. Скажем, Сергей Головченко предлагал открыть кооператив, где ритуалы проводились бы так, как захотят молодожены – в зале старинной усадьбы или в просторном современном здании, в лесу, на реке.

Через семь мостов

Ехать сразу после росписи поднимать тосты, как-то пошло. Хочется продолжения праздника. И народная мысль придумала всякие разные традиции по этому случаю.

Сразу из загса молодожены в обязательном порядке ехали возлагать цветы к памятнику защитникам города на площади Победы. Представить свадьбу, на которой не возлагались бы цветы у Трех штыков в то время просто невозможно. Ну разве что у серьезных взрослых людей, которые расписались – и сразу за стол. Они и молодую жену на руках через мост не видели смысла таскать.

Помимо площади Победы многие посещали Ясную Поляну. Доезжали до Белых столбов, и далее пешочком по прешпекту до дома Волконского. Конечно же, попутно фотографируясь на память.

Само собой – мосты. Традиция требовала проехать через семь мостов, жизнь подсказала – сколько получится. По традиции через последний мост молодую жену следовало пронести на руках. Но тоже по возможности. Можно и не через весь мост.

Большинство кортежей ехало к Воронке, тем более там и Ясная недалеко. Поднявшись чуть выше через мост делали остановку и разливали шампанское. А поскольку дело уже было сделано, то и не только шампанское чего уж лукавить. Сначала это была дикая полянка, потом ее благоустроили, поставили скамеечки. Даже дежурные собиратели пустой стеклотары здесь по соседству появились. В холодное время года вместо полянки выбирали кафе «Воронка» – классическую советскую стекляшку перед самым въездом на мост. Уже в новое время она, к сожалению, погибла от пожара.

А уже отсюда – ко второй части марлезонского балета.

На въезде во двор было последнее препятствие. Соседи по дому перегораживали дорогу, требуя выкуп. Даже в самом тихом дворе, где особо и нет скамеечной жизни, обязательно находилась инициативная группа, поджидавшая свадебный кортеж. В какой-то степени это был и показатель симпатии к молодым. Ну кто будет что-то требовать от людей, которые тебе неприятны?

Опять же, как правило, перегораживать дорогу отводилось именно женщинам. Но откупались от них по взрослому. В интернете иногда пишут, что отдаривались конфетами. Может где так и было. Но в Туле конфеты сроду никто не пил.

После чего и начиналось само торжество. О нем – в следующей части.